?

Log in

Quizzing the Anonymous
Ignoramus et ignorabimus
Recent Entries 
25th-Jan-2017 12:14 am - Бунт на корабле. 7
thinking
Я ожидал, что тема "Галуа" окажется болезненной (как и тема мехмата); но, увы, невозможно описать бунт без "Галуа" - ведь это он персонифицировал бунт в моей 14-летней голове, и если уж я взялся писать о бунте, я не могу не думать о нем; он и сейчас стоит у меня перед глазами, перегораживая путь, и пока он не отойдет в сторону и не откланяется мне своим коротким, сухим кивком, я не смогу продолжить повествование.

***

Мне уже растолковали, что химику негоже рассуждать о Галуа, куда мне... Полноте, дамы и господа... Химиком мне тогда только предстояло стать, а "Галуа" уже звал меня на баррикаду, на подвиг - и на посмертное величие.

Почему бы химику не вспомнить "Галуа"? - ведь "Галуа" - изобретение химика, да-да (впрочем, иногда он представлялся математиком и даже физиком) - Джорджа Сартона. Сартон у нас считается основателем академической истории науки, презанятный тип; жаль тут нет места для длинного рассказа. "Галуа" не единственная его жертва, у него была целая галерея марионеток, что у твоего Карабаса-Барабаса - и все для иллюстрации одного тезиса про Золотой Ключик и грядущую чудесную житуху. Творческий путь Сартон начал в Бельгии, где занимался сочинением биографий нобелистов-химиков, тогда еще немногочисленных; во время Империалистической он переехал в Бостон и переключился на усопших математиков, за неимением подручного материала.
https://en.wikipedia.org/wiki/George_Sarton

Сартон один из двух отцов-основателей "Галуа". Другой основоположник тоже яркая личность; он хоть математик.
https://en.wikipedia.org/wiki/Eric_Temple_Bell
Но не только: Белл был так же автор (по описаниям, удручающе бездарной) фантастики в стиле Уэллса, но с усиленной любовной линией, и биографий математиков, написанных в том же фантастическом ключе и с тем же художественным мастерством. Вся длинная полка рОманов о "Галуа" восходит к этим двум мэтрам. "Галуа" - не продукт романтического 19-го века, как полагают иные, а пропахнувшей бормотухой драйзеровской Америки времен Сухого Закона. Успех "Галуа" был таков, что к шестидесятым годам заокеанская штучка заполнила весь мир. Можно было никогда не слышать об Эрмите. Можно было путать Лапласа с Лежандром. Можно было не читать ни одной биографии Эйлера и Римана, Клейна и Гильберта. Можно было знать о Лейбнице только то, что он сказал "все к лучшему в этом лучшем из миров". Это было не стыдно и не зазорно. Не прочитать одной из многочисленных биографий "Галуа" для друживших с таблицей умножения не было возможности. Это было позором. Не читающим книжек лоботрясам про "Галуа" рассказывал "Квант" для младших школьников и центральная печать; на худой конец - старшие товарищи.

Ретроспективно это выглядит загадочно, даже таинственно: сонная одурь от моря до моря, очередь за квасом, мухи жужжат между обклеенными газетной бумагой рамами; окостеневший, застойный СССР, миллионными тиражами наводненный переложенными на балалайку сказаниями американских попутчиков о бунтаре, революционере и титане духа "Галуа".

Против чего и кого, собственно, нас призывали бунтовать?

***

Прошло поколение-другое, и обсессия с "Галуа" вызывает недоумение. Мне когда-то попалась статья в AMM: автор там ломает голову - зачем потребовалось столь топорно романтизировать Галуа в Америке 20-го века? Вот загадка...

Вся статья интересная, но я приведу ее конец:

...the purpose [of this paper] has been to show that something is wrong. Two highly respected physicists and an equally well-known mathematician have invented history. Bell's account, by far the most famous, is also the most fictitious. It is a myth devoid of such complications as a protagonist who is faulted as well as gifted. It is myth based on the stereotype of the misunderstood genius whom the conservative hierarchy is out to conquer. As if the befuddled hierarchy is generally organized well enough for persecution. It is a myth based on a misunderstanding of the method by which a scientist works: as if a great theory could be written down coherently in a single night.

It is unclear how far one can go in forgiving Bell. I believe consciously or unconsciously Bell saw his opportunity to create a legend. Unfortunately, if this was Bell's intent, he succeeded. Infeld presents far more details. He is not interested in making Galois a legend. He does intend to make Galois a hero of the people. Politics is the guiding principle for Infeld. His book might be termed the proletarian interpretation of Galois; certainly parts of it read like the local Workers' Party publication. Infeld is very good at covering his tracks. To delete a phrase here, a paragraph there, a counterargument in between, is all that is necessary to create conspiracy from chaos. As to Hoyle's motives, we can only take him at his word: He describes at length how as a child he was taught arithmetic by his mother, how he became proficient at mathematics, and how school for him became an excruciating bore. Hoyle was forced to learn to "think in parallel" in order to fool the teacher into believing he paid attention in class. He then writes, "I mention these personal details because I believe they cast some light on the mysterious death of the French mathematician Evariste Galois." Further comment seems unnecessary.

At the very least, the three twentieth-century authors are guilty of distorting Dupuy's account and even falsifying it. In each case the story of Galois has been used to put a stamp of approval on the author's personal theories. The investigations of Galois have told us less about the man than about his biographers.
http://mduchin.math.tufts.edu/UCD/111/readings/rothman.pdf

"Галуа" с его краткой, таинственной жизнью, дающей простор воображению, оказался проекционной ширмой, на которой можно было персонифицировать разнообразные патологии 20-го века: от прогрессивизма западно-вирджинского разлива до советского шестидесятничества включительно. С Эйлером и Лапласом такую оперцию проделать невозможно: наследили. Из "Галуа" оказалось возможно изготовить блюдо на любой вкус: сверхчеловека и Маугли, индивидуалиста и коммунара, диссидента и секретаря ячейки, белокурую бестию и Павлика Морозова. В "Галуа" мог узнать себя любой подросток - как любой ребенок узнает себя в Микки-Маусе, его былом соседе по Лос Анжелосу (Белл преподавал в Калтехе).

***

Результат моего запойного чтения биографий "Галуа" был таков: сперва медленно и неуверенно, а потом все сильнее и настойчивее во мне начал зреть мятеж. Я не мог взять в толк, какие силы и зачем хотят сделать из меня "Галуа", но я начал чувствовать их железную хватку. И когда они начали сжимать пальцы вокруг моей шеи, я как-то сразу понял, что именно такой "Галуа" устраивал родную советскую власть. Это был наиболее любезный ей вид бунта, его идеальная форма. Я ей был нужен именно в таком виде: быстренько сделать что-то там гениальное (потом разберемся) - и в расход, чтобы не болтаться под ногами и болтать лишнее, желательно самоликвидировавшись; тогда и рук марать не надо. А перед этим мне надо было засветиться для галочки. Осознание второй роли "Галуа" пришло значительно позже, но и первого хватило.

- А вот хер я вам буду "Галуа", - решил я, - и (в первый и последний раз) на короткое мгновение стал бунтарем, революционером и титаном духа Галуа. И почувствовал себя так легко и хорошо, что и сейчас приятно вспомнить.

***

Прощай, Эварист; теперь-то мы уже точно больше никогда не увидимся. Спасибо за компанию!

22nd-Jan-2017 07:59 pm - Бунт на корабле. 6
thinking
В 57-й школе я мечтал стать Галуа.

Я был в этом желании не одинок: целое поколение матшкольников все мечтали стать Галуями. Подобного единодушия я не припомню со времен детского сада на Сиреневом бульваре: там, восседая на эмалированных горшках, мы столь же горячо и страстно хотели быть космонавтами.

***

Галуа был знаком времени. Дух его бродил по Европе, не чураясь улицы Маркса и Энгельса.

Галуа был бессмертен и вездесущ наряду с графом Монте-Кристо, Павкой Корчагиным и их детскими инкарнациями - Мальчишем-Кибальчишем, Маугли и Гаврошем. Про Галуа сочиняли беллетризированные рОманы друзья Советского Союза; можно было собрать полку биографий, написанных лучшими людьми планеты. В некоторых он смахивал на лишнего человека времен Николая Палкина, в некоторых - на задорного польского шляхтича, были французские, американские, английские, немецкие версии героя, в которых Галуа мгновенно приобретал стереотипные национальные черты. Одно это должно было настораживать, и тем не менее до поры до времени я не задавал себе естественного вопроса: почему мне столь назойливо предлагают эмулировать Галуа, а не Пифагора, Виета, Эйлера, Лагранжа или Гаусса?

Или, скажем, нарративного антагониста Галуа - Коши.

Коши при Галуа был вроде Шерхана при Маугли; Пуассон - шакал Табаки - шестерил у Шерхана под ногами. Шерхан исповедовал людоедские взгляды. Ему не зазорно было надавать горящей веткой по морде, чтоб животное знало свое место. Медведь Балу с пантерой Багирой были с Маугли одной крови; даже с удавом Каа у Маугли было много общего; с Шерханом его не объединяло ничего. С ним можно было быть человеком.

Вот кто, кстати, пострадал из-за своих взглядов и держался молодцом до конца: Шерхан-Коши. Не нужно быть Галуа, чтобы тебя с энтузиазмом гнобила братия коллег за то, что ты следуешь своей совести.
https://en.wikipedia.org/wiki/Augustin-Louis_Cauchy#In_exile

Более всего тут поражает перестановка ролей: Коши, которого травили с младых ногтей, не разбирая средств и не стесняясь подлости, в романтическом предании изображается ничтожным злодеем, тогда как Галуа - этакий лорд Байрон, хотя единственное ужасное, что с ним произошло в его короткой математической жизни - мягкое, по сегодняшней мерке (и справедливое) замечание Пуассона + потеря рукописи, что было нормой 19-го века и происходило со всеми (включая Коши). То, что называют теорией Галуа, к Галуа имеет касательное отношение (названо Жорданом; им же переосмыслено как теория групп). Лиувилль посмертно прочел и представил в Академии записки Галуа, не поняв, что имеет дело с "теорией Галуа".

Я читал лет десять назад интересную книжку об истории романтизации Галуа. Поучительное чтение.
https://www.amazon.com/gp/product/0674046617
https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/17367007

Толчок дал Софус Ли. Он был ученик Жордана. От него Ли узнал про теорию, которую Жордан называл теорией Галуа. Где-то в 1880-х годах Ли написал о рассказанной ему Жорданом теории очерк и обнаружил, что ничего не знает про Галуа, кроме того, что тот был студентом Эколь и рано умер. Он начал наводить справки, но никто не мог его просветить. Тогда Ли попросил директора Эколь выяснить, кем был Галуа, чтобы добавить к обзору биографический очерк. Тот принялся за дело; на беду он оказался пламенным республиканцем и горячим патриотом (дело было после прусско-французской войны, когда помешательство подобного рода было нередким явлением). Так возник первый романтизированный облик Маугли-Галуа. С каждым поколением к скупой информации, собранной его первым биографом, добавлялись новые воображаемые детали, пока не возник миф, где республиканский Галуа стал наделен всеми чертами его антагониста - роялиста Коши. Тот, контра, тридцать лет отказывался принести присягу реввоенсовету, как его ни били по мордасам поленом.

***

"Галуа" - своего рода миф о короле Артуре: появление сказаний об Артуре вернее всего сигнализирует отмирание рыцарского кодекса. Неважно, кем был король Артур - и был ли вообще. Бандитам с большой дороги хочется воображать себя наследниками короля Артура; у рыцарей Круглого Стола в этом нет потребности. Математическому сообществу понадобилось почти сто лет после роковой дуэли, чтобы возникла острая потребность в "Галуа", и лишь по случайности она была удовлетворена Галуа.

Мне с пылом и восторгом предлагали делать жизнь с "Галуа" лишь для того, чтобы я, упаси Б-г, не стал сам собой. Как были собою Коши, Эйлер, Гаусс, Лагранж.

Люди, которые одним своим существованием делали "Галуа" ненужным.
thinking
О. ныне не у дел; теперь ему полагается президентская библиотека.

Для О. это как медом намазано: кульминация чаяний всей жизни (бедняга 8 лет скучал, изображая президента, ради долгожданного момента). Джинн выполнил все пожелания Аладдина; осталось самые мелочи: начеканить профили на монетках и поставить конную статую, порадовав голубей - и величие в памяти потомков обеспечено. Но нам - современникам - что с того?

С другой стороны: когда еще у нас будет президентская библиотека? А ведь город балансирует на грани банкротства, и спасти его может только чудо. Собственно, с надеждой на чудо (в виде бурного потока из федеральных закромов), О. у нас когда-то "открыли" и отправили на воеводство в Белый дом. Надежд этих О., впрочем, не оправдал: как город и штат были в финансовой дыре, так и остались; только хуже стало. От Трампа, понятное дело, и того не ожидается: жила он. Свои у него не допросятся, чужим же не светит ничего и подавно. Удивительно ли, что граждане упали духом. Но если от О. в президентах не было большого толка, это еще не значит, что от него - в прошедшем времени - не может быть толка в будущем. Все в мире к лучшему, если подойти к делу с огоньком и фантазией. Истинная польза от правления О. только начинается! У меня появилась продуктивная политическая идея!

Время президентских библиотек, в общем, прошло: содержательную информацию можно держать в сети - для тех немногих, кому она интересна. Желающих смотреть на побрякушки мало; сплошной убыток. Лучшая идея городских архитекторов - устроить из библиотеки theme park, где будет реконструкция внутренностей Белого дома. Хорошо, но мало. Удовольствие на любителя. Пора пересмотреть всю концепцию президентской библиотеки, вот что я скажу.

Каждый житель города получает на хранение один экземпляр документа из "библиотеки" О. на вечное хранение, и тем самым весь город становится президентской библиотекой, а его жители - библиотекарями. Местные налоги отменяются, вместо этого вводятся library fees. Заработная плата становится оплатой за хранение бесценных исторических документов, и тем самым доход каждого библиотекаря сводится к нулю. Федеральные налоги более не платятся, город становится нонпрофитом. Жизнь города законодательно изменяется, т.к. это уже не город, а президентская библиотека, и вместо существующих законов вводится Устав Президентской Библиотеки. Библиотека более не подчиняется Штату, пропади он пропадом. И все далее в таком духе. Город (пардон, президентская библиотека) может начать жизнь с чистого листа, показав дулю остальному миру.

Могут сказать - но ведь федеральное правительство будет препятствовать. Как же так - не брать с жителей налоги? Ведь это же черт знает что!

А вот и не будет! Т. быстро сообразит, что у него тоже со временем будет президентская библиотека. А потом это сообразят обитатели Нью Йорка.

И вот тогда О. действительно станет Великим Президентом.
22nd-Jan-2017 03:08 am - МК
thinking
Сын начал учить физику в школе (пока только механику). Его учитель - колоритный испанец из Мадрида - предложил детям придумать и решить достаточно сложную для них задачу на их выбор - этакое мини-исследование - непременно, чтобы оно иллюстрировало какую-нибудь важную физическую идею.

Спросил сына, что он собирается решать. Говорит: задачу я еще не придумал, зато уже заранее определил (вот ведь...), каким методом буду ее решать. Каким же? Методом Монте Карло! (Программировать любит, недавно прочитал про метод). Предлагай, говорит, мне задачи под этот метод - а я уж выберу, что понравится...

***

Метод МК в физике используется широко, но, к сожалению, большей частью в статистической физике, которую он совсем не знает (термодинамику еще не проходили), а без этого все сведется к непонятным манипуляциям. Задача д.б. чисто механическая.

Спросил знакомых физиков. Вот несколько предложений:

Когда в 19-м веке в Европе и Америке начали строить силосные башни, выяснилось, что трубы зачастую лопались у основания: давление зерна не описывается гидростатикой, которую закладывали в расчеты, т.к. случайно образуются цепи, передающие стресс локально.
http://denali.phys.uniroma1.it/~puglisi/thesis/node5.html
Оказывается, задача описания силосных башен (теория Янсена конца 19-го века) лежит в основе теории гранулированных сред (ныне очень популярная область, которую я совсем не знаю). Говорят, до конца 50-х на статью основоположника было всего несколько ссылок, а сейчас их тысячи. Предложили моделировать цепи методом МК. Хорошая задача, но, увы, требует больше физики, чем просто механика. Не годится. Зато узнал много мне неизвестного про эти гранулированные среды. Похоже, там много любопытных задач, и теоретических и экспериментальных.

Другое предложение было моделировать андерсоновскую локализацию для одномерного случая (периодический потенциал с небольшим беспорядком). Не совсем МК и требует какого-то знания КМ. Сказали, что уравнение Шредингера можно объяснить за час. Можно. Понять, что именно оно означает, занимает месяцы. Только голову морочить.

Третье предложение: программировать слепого часовщика, собирающий часы
https://www.youtube.com/watch?v=mcAq9bmCeR0
Я так понял из ролика, что это призвано "доказать" биологическую эволюцию. Тоже популярное занятие. В отличие от силосных башен - малоосмысленное. Упражнение доказывает, что часовщик потенциально способен сделать часы, используя сложно организованный процесс сочетания деталей, если заранее определит этот процесс, критерии отбора и имеет необходимый набор функциональных компонент; педагогическая ценность упражнения тем самым равна нулю. Как это учит физике тем более непонятно.

Четвертое предложение - выяснить, правда ли, что человек больше промокает, если бежит под дождем. Я не понял, в чем именно заключается проблема. Похоже, в размытости понятия "промокает".
http://www.physlink.com/education/askexperts/ae212.cfm
https://assets.documentcloud.org/documents/403661/runtherain-jpg.pdf
Оказывается, этот важный вопрос недавно всесторонне осветили в Eur. J. Phys. Для идеализированной поверхности неинтересно, для реалистичной - слишком много программировать.

***

Я предложил задачу Чаплыгина, которую как-то давно упоминал в журнале.

Самолет летит с постоянной скоростью V (относительно воздуха), при этом дует ветер с постоянной скоростью W. Какая траектория за фиксированное время заметает максимальную площадь? Чтобые ее решить, нужно знать только закон сложения скоростей.

Ответ в некотором смысле очевиден (все видели, как деформируется мыльный пузырь, если подуть) - эллипс с эксцентриситетом W/V. Более удивительно другое: движение самолета подчиняется законам Кеплера
http://www.uni-magdeburg.de/ifme/zeitschrift_tm/1995_Heft4/Rimrott_Szczygielski.pdf
т.е. кинематически неотличимо от движения планеты в центральном поле тяготения. Из чего следует, что наблюдение подобной кинематики не обязательно требует законов тяготения. Можно сказать так: механическое движение минимизирует некоторый функционал (действие). Однако, возможно придумать иной функционал, исходящий из совсем других соображений, дающий тот же ответ. Как мы знаем, например, что орбита минимизирует действие, а не облетаемую площадь? И то, и другое - вариационная задача. Чем одна из них лучше другой? Какими методами можно установить, какая модель верна? Задача простая, но заставляет серьезно задуматься над ответом.

***

Простая она, впрочем, для того, кто знает вариационное исчисление. Для школьника же (вооруженного компьютером) остается генерировать случайные выпуклые многоугольники (аппроксимирующие траектории), считать время полета, сжимать или раздувать траектории так, чтобы время было равно фиксированному, и считать площадь. Многоугольники можно генерировать случайно или эволюционно. Найдя орбиту, можно сравнить движение по ней с движением планеты в поле тяготения (получив ее численным интегрированием уравнений Ньютона). Заодно можно узнать, как выводится эта орбита аналитически, благо это просто.

***

Решил сперва сам решить, как описал выше - и запнулся: сходу не смог придумать алгоритма построения случайных выпуклых многоугольников. Придумал сл. способ: генерируются случайные векторы (х,y) - наши будущие стороны - так, что сумма по x и y равна нулю. Сортируем векторы по углу в порядке возрастания; вершины многоугольника задаются кумулятивными суммами отсортированных векторов. Углы и длины сторон нужны потом для расчета времен пролета. Алгоритм требует сортировки трех массивов - можно ли обойтись без этого? Достоинство в том, что можно варьировать {x} и {y} так, чтобы пробная траектория всегда оставалась выпуклым многогранником; оптимизацию можно вести MK или генетическим алгоритмом. Я не искушен в алгоритмических хитростях - наверняка есть лучший способ. Интересно, что придумает сын.

Оказывается, есть огромное число нерешенных геометрических задач про такие случайные многоугольники.
https://books.google.com/books?id=rdDTBwAAQBAJ&pg=PA54

Так можно решить многие механические задачки вариационного типа: слепой часовщик, слепо минимизирующий функционал по траекториям, которые эволюционируют в сторону оптимума. Минимизируют - оставляем, нехай живет, а не минимизирует - выдергиваем объект из Вселенной, только его и видели... Эволюция - великая сила!

***

А у Вас нет простых механических задачек для школьника (начинающего учить физику) под метод МК - чтобы иллюстрировали интересный физический принцип/идею?
5th-Jan-2017 02:12 am - Научпоп
thinking
По следам недавней дискуссии про "популяризацию науки": какая книга могла бы служить лучшим образцом.

На мой вкус - "Письма к немецкой принцессе о разных физических и философских материях" Эйлера.
http://publ.lib.ru/ARCHIVES/E/EYLER_Leonard/_Eyler_L..html

Из чего становится понятно, почему жанр в упадке: ни Эйлеров, ни принцесс.
2nd-Jan-2017 08:45 pm - Убийства в городе
thinking
Читал вчера длинную статью в местной газете о том, как и почему город вышел в Америке на первое место по числу убийств в стране
http://www.chicagotribune.com/news/local/breaking/ct-chicago-violence-2016-met-20161229-story.html

Утверждают, что причины две (что весьма похоже на правду).

Во-первых, недавно у нашей полиции был крупный "успех": пересажали главарей двух основных банд, и те тут же распались до мелких, враждующих друг с другом, группировок размером с квартал, которые теперь бесконечно выясняют между собой отношения. Как у Гоббса в state of nature, но не совсем. В бандах восторжествовала мечта о полном равенстве и братстве: так как вожаков стреляют первыми, желающих заступить на их место оказалось мало, и восторжествовала демократия. Управы на рядовых членов нет никакой, и воцарился беспредел.

Во-вторых, как ни странно - фейсбук. Раньше гангстеры задирали друг друга при столкновения на нейтральной территории, что было достаточно редко. Теперь они могут беспрепятственно это делать непосредственно и без географических ограничений. Но не безнаказанно. Ведущая причина стрельбы - (1) реакция на оскорбления и (2) желание набрать лайков от соратников, изображая крутейшего пацана. Пистолет достать не проблема.

...there’s no real leader of his small GD crew, echoing what I heard from other young gang members. “Everybody’s on the same level,” says Speedy, who claims he’s been shot in the stomach and back. “If we want to shoot someone, we just pull up on them and start shooting.” The insults that spark those shootings are often delivered on social media. Young men call out one another in long-winded threats in comment sections, and when they finally meet up face to face, there’s often nothing left to say; sometimes they start shooting immediately. “If they cut off all the social media sites, I ain’t gonna lie, it’ll stop some killing,” Recklezz says. Just as young white professionals post photos of themselves in Aspen or the Hamptons to show how fun and glamorous they are, poor Chicago teens post photos of themselves with guns and cash to show how hard they are. “Everyone playing so tough because of the internet,” Recklezz says. “That’s why they getting killed.” http://www.newsweek.com/2016/12/23/chicago-gangs-violence-murder-rate-532034.html

Сплошные невольники чести...

***

Представил, что бы было, если б жж существовал в пределах нескольких кварталов, а действующие лица были вооружены. Чикаго недолго бы держал первенство...

***

Наверно, проблему можно частично решить, официально разрешив дуэли (в строго отведенных местах, с секундантами, врачами и т. п.) Убийства все равно не остановить, но хотя бы уменьшилась летальность исхода, и прохожие были бы целее.
1st-Jan-2017 07:07 pm - Бунт на корабле. 5
thinking
Не приведи Б-г видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный. (Классик)

Я бросил описание своего бунта in medias res.

Поскольку я уже и так запутался в собственном сочинении, не взять ли в образец энциклопедию русской жизни и не сделать ли лирическое отступление общего характера?

Русский бунт, по моим воспоминаниям, выделялся в ряду прочих бунтов тем, что более обычного напоминал матрешку (о которой поэт, разумеется, не мог знать по причине позднего возникновения предмета, наиболее полно выражающего национальный характер). Мой бунт входил в огромную иерархию русских бунтов. Не поддающаяся разумению структура этих пересекающихся, вложенных в друг друга, и непрерывно плодящихся и дробящихся сущностей давала общей конструкции тот бессмысленный и беспощадный флер, который отметил А. С.

Было невозможно понять, против чего или кого был направлен каждый отдельно взятый бунт, и потому он был всегда направлен в иную, чем предполагалось, сторону. Бунтовали все и вся; жизнь превратилась в бунт, где ни милосердие, ни знание народа не могло ничего изменить. Мое окружение - или хотя бы его фон - когда-то задумывалось как бунт освобожденного разума против миропорядка и его мертвого Создателя. Окостеневшая герантократия была бунтом системы, порожденной бунтарским идеалом, против порождающей ее причины, а внутри гниющего тела уже занимался бунт против его естественного застойного состояния. Все это, однако, было лишь частью части, как говорил Мефистофель - прожженный романтический бунтарь.

Бунтовали люди, искавшие отдушину и смысл своего существования в бунтарском теле Левиафана. Бунтом была и реакция против этих бунтарей. Бунтовали те, кто переосмысливали назначение этой отдушины и смысл этого смысла. Каждое разногласие, каждое мнение становилось очагом нового бунта, и бунт разрастался как пожар. Это не был бунт всех против всех. Конечным итогом русского бунта было не то, что ныне по-ученому называется атомизацией общества, - о если бы! - а атомизация самой души: из-за причудливо прочерченных линий, баррикад, окопов и траншей, даже в святая святых невозможно было разобрать где, кто бунтует за и против чего; разные составляющие состояли в разных заговорах, восставая против друг друга и ее самой. Располосованные ножницами образования были непредсказуемы для всех, особенно же для их владельцев, являясь пресловутой загадкой русской души.

Мое попадание в 57-ую школу было бунтом против предопределения, хотя (именно в нем) такой бунт был необходимой составляющей посвящения - как в рассказе Азимова. Место моего бунта тоже было формой бунта с заковыристой мотивацией и приоритетами. Но и внутри этого бунта назрел внутренний бунт; он же был составной частью бунта против иной предопределенности - непоступления на мехмат. Внутри этого внутреннего бунта огненной искрою тлел неприметный бунт Арнольда. И уже совсем под микроскопом, от этой искры загорелся мой собственный бунт.

Каждый новый бунт представлял безнадежную попытку нахождения смысла и пощады в бессмысленном и беспощадном русском бунте, еще более запутывая и замыкая нити мятежа.
31st-Dec-2016 03:05 pm - Изо льда да в полымя
thinking
Людям физического труда для восстановления своих сил нужен 7-8 часовой ночной сон. Людям умственного труда нужно спать часов 9-10. Ну, а математиков будить нельзя вообще! Г. М. Фихтенгольц

Две недели не читал жж и пропустил перепост у ИП
http://alexander-pavl.livejournal.com/164355.html
про Снежную Королеву. Краткое содержание: советская цензура, выкинув Отче наш, псалмы, ангелов, бабушкино Евангелие и т. п. создала шедевр мировой литературы, где супергерла крутит Универсум в бараний рог, чтоб получить взад своего парня, уведенного старшеклассницей: это у нее квест такой. Что же, и такое прочтение возможно: ныне постмодернизм на дворе.

***

Не жаловал Ганс Христиан нашего брата естествоиспытателя... Каю попадает в глаз кусочек зеркала, и он видит вещи "не так, как они есть". Деревенский Кеплер изучает формы снежинок в лупу! Его забирает Королева и мучает ребенка в ледяных чертогах:

...Кай возился с плоскими остроконечными льдинами, укладывая их на всевозможные лады. Есть ведь такая игра-складывание фигур из деревянных дощечек, - которая называется китайской головоломкой. Вот и Кай тоже складывал разные затейливые фигуры, только из льдин, и это называлось ледяной игрой разума. В его глазах эти фигуры были чудом искусства, а складывание их - занятием первостепенной важности. Это происходило оттого, что в глазу у него сидел осколок волшебного зеркала. Складывал он и такие фигуры, из которых получались целые слова, но никак не мог сложить того, что ему особенно хотелось, - слово "вечность". Снежная королева сказала ему: "Если ты сложишь это слово, ты будешь сам себе господин, и я подарю тебе весь свет и пару новых коньков". Но он никак не мог его сложить.

Когда Герда растопила Каево сердце, танграминки пустились в пляс и сами сложились в слово; Кай освободился.

Или не освободился? Ни Снежная Королева, ни злой тролль не пытаются препятствовать хэппи энду. Похоже, они заранее предвидели такой конец. Кай более не забивает себе голову ненужными материями, а становится добрым бюргером и разводит розы в горшочках: он вморожен в этот финал как в глыбу льда; из нее нет спасения - это та самая вечность, которую Кай не смог сложить. У него не остается даже утешения: иллюзий о своем незавидном положении - теперь он видит вещи так, как они есть.

...this defeat of reason, of intellectualism by love doesn’t quite manage to ring true. For one thing, several minor characters also motivated by love—some of the flowers, and the characters in their tales, plus the crow—end up dead, while the Snow Queen herself, admirer of mathematics and reason, is quite alive. For another thing, as much as Kay is trapped by reason and intellectualism as he studies a puzzle in a frozen palace, Gerda’s journey is filled with its own terrors and traps and disappointments, making it a little tricky for me to embrace Andersen’s message here. And for a third thing, that message is more than a bit mixed in other ways: on the one hand, Andersen wants to tell us that the bits from the mirror that help trap little Kay behind ice and puzzles prevent people from seeing the world clearly. On the other hand, again and again, innocent little Gerda—free of these little bits of glass—fails to see things for what they are. This complexity, of course, helps add weight and depth to the tale, but it also makes it a bit harder for the ending to ring true. https://www.tor.com/2016/06/23/fairy-tale-subversion-hans-christian-andersens-the-snow-queen/

***

ИП пишет, что в наше время разучились делать историям концовки.

Возможно, сказочники стали добрее.

31st-Dec-2016 01:08 pm - С Новым годом!
thinking
Всем хорош Новый год, но есть недостаток: бывает лишь периодически, и то один раз в 365+ дней. Почему бы не тогда и столько, когда и сколько хочется? Благодаря программе про восьмерки, узнал как осуществить мечту.
http://www.scholarpedia.org/article/Sitnikov_problem
http://www.ams.org/samplings/feature-column/fcarc-sitnikov

Берем две звезды одинаковой массы. Они вращаются по кеплеровым орбитам вокруг общего центра масс. Берем этот центр за нуль; ось z проходит через центр перпендикулярно плоскости эклиптики (как показано на рисунке). Если планета нулевой массы двигается вдоль оси z, она так и остается на ней. В системе имеется естественная мера времени - период обращения звезд. Назовем этот период днем (освещение зависит от этого периода). Планетарный год естественно отождествить с пересечением нуля, z=0. Mожно ли найти такие начальные условия, чтобы получить любое наперед заданное распределение новогодних праздников?

Оказывается, для любой серии целых чисел > М можно найти эксцентриситет и начальные условия, такие, что праздники точно попадут на эту серию. Это верно для планеты с нулевой и конечной массой, для звезд неравной массы, для эллипсоидных тел, при релятивистских поправках, при отклонениях от линейного движения и т. п. Рецепт счастья прост. Выбираем любую сколь угодно длинную последовательность новогодних праздников. Подбираем эксцентриситет, начальную аномалию и скорость планеты под эту последовательность, заправляемся анамезоном, вылетаем на звездолете ко дню М (начало отсчета времени) и отмечаем новый год столько раз и по тем дням, как хотим. После этого рекомендуется сматываться, т.к. нет гарантий, что планета не улетит в пространство или не попадет в одну из звезд. Передумывать после прилета тоже нельзя.

Но в остальном...

30th-Dec-2016 05:58 pm - Бунт на корабле. 4
thinking
В моей семье пять поколений химиков; считая фармацевтов, все семь будут. Если я и выламываюсь в этой процессии, то лишь тем, что и мама и папа были химиками. Пожалуй, это перебор, но так вышло. Про обстоятельства жизни родоначальников мне известно мало, но, начиная с прадедушки (за исключением отца), никто из нас химиком становиться не собирался. Напротив, родные надеялись: возможно, ребеночек вырвется из заколдованного круга. Верили в это мало, но чего не бывает. "Посторонние" увлечения всячески поощрялись.

У каждого была мечта стать кем-то другим. Прадедушка мечтал стать заводчиком-магнатом, бабушка - профессиональной пианисткой, ее брат - первопроходцем телевидения. Но все надежды кончались ничем. События развивались по иному сценарию. Все достигали определенных высот на избранном поприще, пока их не настигала злодейка-судьба. Прадедушка стал инженером и совладельцем завода; бабушка окончила консерваторию; ее брат создал первые иконоскопы. Осуществление мечты требовало героических усилий и работы, преодоления многочисленных препятствий. Всей кожею чувствовалось сопротивление материала. На это накладывались внутренние терзания: есть ли к выбранному делу талант, что оно требует таких жертв и усилий? За этой стадией наступала развязка: поленом по физиономии. Драма заканчивалась катарсисом: если все равно не жить, не все ли равно, как жить? - А не стать ли химиком? - Bсе равно пропадать...

И тогда начиналась чертовщина. Те способности и таланты, которые отнюдь не помогли нам подняться до высот на желанном пути, оказывались именно тем, что было более всего нужно в той области химии, которую мы выбирали наугад, лишь бы чем-нибудь заняться. Сопротивления материала не чувствовалось; наоборот, казалось, будто ветер дул в паруса. Терзания о наличии таланта проходили: оказывается, это не имело значения. Не все рыбы плавают с рекордной скоростью, но вода - это их стихия, родная среда. Химия была нашим призванием, не мы находили ее, а она нас - как бы мы от нее не отбрыкивались и что бы о себе не мнили.

Бунт на корабле был необходимой частью подготовки: невозможно иначе было понять разницу, они постигалась по контрасту. Отец - единственный, кто из нас хотел быть химиком с младых ногтей; я бы не сказал, что это ему помогло. В юности он этим гордился, потом локти кусал, и потому решительно не желал, чтобы я повторил его опыт. Из-за однобокости увлечений, отцу тяжело давались нехимические способы мышления. Все остальные были профессиональными дилетантами. Рыба сама шла на живца.

***

Я когда-то читал у Аверроэса: в юности он учил философию, но потом решил выучить медицину, чтобы был заработок. Медицину он ни в грош не ставил. Как и нынешние студенты, медики испокон веков жаловались на трудность учения. Аверроэс не мог даже разобрать, на что они жалуются: после философии медицина казалась детской игрушкой. Бабушка то же самое говорила про свои химические курсы: невозможно было сравнить их с пятью-семью часами игры на рояле и двумя часами композиции каждый день. Аверроэса до сих пор помнят более как великого врача, чем философа.

***

Катарсис переживался в разном возрасте; опять-таки, я выламываюсь из общего ряда лишь ранним его наступлением. Самый грандиозный бунт - но и самый тяжелый катарсис - достался моей бабушке в 20-х годах прошлого века. Поставив на себе крест как пианистке, бабушка сильно переживала. Дело могло кончится трагедией, но тут бабушка всех удивила, сделав неожиданный ход, который, казалось бы, д.б. раз и навсегда перечеркнуть ее химическое будущее.

Бабушка вышла замуж за богемного петербургского поэта.

***

После смерти от бабушки осталось много бумаг. Возможно, она собиралась их уничтожить, но, увы, с ней случился удар; так до меня дошла пачка любовных писем ее первого мужа, Георгия Львовича Френкеля.

Ф. был, согласно обложкам его книг, "поэт и библиофил, составивший библиотеку по вопросам медицины, спорта, по изобразительному и прикладному искусству и др." Писал он под псевдонимом Георг Нордбарн (он был автором двух стихотворных сборников, "Паутинка" и "Два Монокля"). Ф. действительно был библиофил, хотя чисто умозрительно, т.к. библиотека осталась на даче в недоступной Финляндии. Он так же увлекался экслибрисами; их можно найти в сети (см. ниже). Некоторые из них, работы Чeхонина и Doddy (Григорьева), входят во многие экслибрисные альманахи; это классика жанра. Мне особенно нравится один из них, где Ф. изображен в костюме Пьеро напротив раскрытой книжки, изрекающей Qui bene diagnoscit, bene me debitur - вероятно, игра на Qui bene distinguit, bene docet. Я нашел это изречение (с помощью гугла) в учебнике патологоанатомии фон Вогена издания 1890х годов.

Да, о проницательный читатель: бедовый Пьеро имел неромантическую профессию; Любовь, Смерть и Поэзия заключались в одном флаконе; когда поэта не звали к треножнику музы, он занимался патологической физиологией. Любовные письма были написаны Ф. на бланке соответствующей кафедры Ленинградского медицинского института (зав. С. С. Халатов), что на ул. Льва Толстого, дом 6/8, Телеф. 92-20, где Ф. был профессором. Одновременно Ф. преподавал в Военно-Морской Академии и через нее стал заядлым яхтсменом. Он и бабушку втянул в это дело; вместе они даже написали книжку по парусному спорту.
http://xn--90ax2c.xn--p1ai/catalog/002676_000027_IRKNB-RU_%D0%98%D0%9E%D0%93%D0%A3%D0%9D%D0%91_HOBBIT_91_%D0%A4+87-000000-463596/
Дальнейшая судьба Ф. сложилась неудачно, так как годы были аховые (в экслибрисных книгах написано, что он погиб в 1938-м году). Однако, Ф. выжил и после войны стал профессором медицины в Киргизии, дожив до 70-ти лет. Я его никогда не встречал; их брак с бабушкой распался после четырех бурных лет.

Бабушку Ф. увлек, разумеется, в своей богемно-поэтически-спортивной, а не патофизиологической ипостаси. Какой он был молодец, как хорош! А какие ей писал стихи, какие стихи... "Мне хочется ласки, до дна, до бесстыдства // Но только, но только твоей!" Мне бы кто-нибудь когда-нибудь написал такие стихи... Прадедушку от Ф. буквально трясло, но все лучше замуж, чем в Лебяжью канавку.

И того не ведал прадедушка, что бабушкин путь в химию лежал именно через поэта-физиолога. Помимо консерватории бабушка закончила химфак Политехнического института - на всякий случай; химию она терпеть не могла и химиком становиться не собиралась. Однако, как полагается влюбленному поэту, Ф. не мог прожить без бабушки ни минуты. По причине столь ненасытной страсти, Ф. устроил ее лаборанткой к себе в институт на ул. Льва Толстого. Профессор Халатов поручил ей разработать способ определения метаболитов в крови - ныне это деятельность называется forensic sciences, a тогда никак не называлaсь. Бабушка ничего этого не знала, но ударить лицом в грязь перед возлюбленным не могла. Она изобрела несколько новых методов анализа. Роман пышно цвел среди пробирок и штативов ее лаборатории. Это ли было причиной или пресловутый ветер, дующий в паруса, о котором я писал выше, но уже через год у нее вышла статья в Biochemische Zeitschrift (будущий FEBS J.) по ее варианту реакции Сальковского; оттуда пошло-поехало.

Если уж у бабушки не получилось обмануть судьбу с богемным поэтом, куда там мне с математикой...

This page was loaded Feb 25th 2017, 7:01 am GMT.