?

Log in

No account? Create an account
Quizzing the Anonymous
Ignoramus et ignorabimus
Бунт на корабле. 6 
22nd-Jan-2017 07:59 pm
thinking
В 57-й школе я мечтал стать Галуа.

Я был в этом желании не одинок: целое поколение матшкольников все мечтали стать Галуями. Подобного единодушия я не припомню со времен детского сада на Сиреневом бульваре: там, восседая на эмалированных горшках, мы столь же горячо и страстно хотели быть космонавтами.

***

Галуа был знаком времени. Дух его бродил по Европе, не чураясь улицы Маркса и Энгельса.

Галуа был бессмертен и вездесущ наряду с графом Монте-Кристо, Павкой Корчагиным и их детскими инкарнациями - Мальчишем-Кибальчишем, Маугли и Гаврошем. Про Галуа сочиняли беллетризированные рОманы друзья Советского Союза; можно было собрать полку биографий, написанных лучшими людьми планеты. В некоторых он смахивал на лишнего человека времен Николая Палкина, в некоторых - на задорного польского шляхтича, были французские, американские, английские, немецкие версии героя, в которых Галуа мгновенно приобретал стереотипные национальные черты. Одно это должно было настораживать, и тем не менее до поры до времени я не задавал себе естественного вопроса: почему мне столь назойливо предлагают эмулировать Галуа, а не Пифагора, Виета, Эйлера, Лагранжа или Гаусса?

Или, скажем, нарративного антагониста Галуа - Коши.

Коши при Галуа был вроде Шерхана при Маугли; Пуассон - шакал Табаки - шестерил у Шерхана под ногами. Шерхан исповедовал людоедские взгляды. Ему не зазорно было надавать горящей веткой по морде, чтоб животное знало свое место. Медведь Балу с пантерой Багирой были с Маугли одной крови; даже с удавом Каа у Маугли было много общего; с Шерханом его не объединяло ничего. С ним можно было быть человеком.

Вот кто, кстати, пострадал из-за своих взглядов и держался молодцом до конца: Шерхан-Коши. Не нужно быть Галуа, чтобы тебя с энтузиазмом гнобила братия коллег за то, что ты следуешь своей совести.
https://en.wikipedia.org/wiki/Augustin-Louis_Cauchy#In_exile

Более всего тут поражает перестановка ролей: Коши, которого травили с младых ногтей, не разбирая средств и не стесняясь подлости, в романтическом предании изображается ничтожным злодеем, тогда как Галуа - этакий лорд Байрон, хотя единственное ужасное, что с ним произошло в его короткой математической жизни - мягкое, по сегодняшней мерке (и справедливое) замечание Пуассона + потеря рукописи, что было нормой 19-го века и происходило со всеми (включая Коши). То, что называют теорией Галуа, к Галуа имеет касательное отношение (названо Жорданом; им же переосмыслено как теория групп). Лиувилль посмертно прочел и представил в Академии записки Галуа, не поняв, что имеет дело с "теорией Галуа".

Я читал лет десять назад интересную книжку об истории романтизации Галуа. Поучительное чтение.
https://www.amazon.com/gp/product/0674046617
https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/17367007

Толчок дал Софус Ли. Он был ученик Жордана. От него Ли узнал про теорию, которую Жордан называл теорией Галуа. Где-то в 1880-х годах Ли написал о рассказанной ему Жорданом теории очерк и обнаружил, что ничего не знает про Галуа, кроме того, что тот был студентом Эколь и рано умер. Он начал наводить справки, но никто не мог его просветить. Тогда Ли попросил директора Эколь выяснить, кем был Галуа, чтобы добавить к обзору биографический очерк. Тот принялся за дело; на беду он оказался пламенным республиканцем и горячим патриотом (дело было после прусско-французской войны, когда помешательство подобного рода было нередким явлением). Так возник первый романтизированный облик Маугли-Галуа. С каждым поколением к скупой информации, собранной его первым биографом, добавлялись новые воображаемые детали, пока не возник миф, где республиканский Галуа стал наделен всеми чертами его антагониста - роялиста Коши. Тот, контра, тридцать лет отказывался принести присягу реввоенсовету, как его ни били по мордасам поленом.

***

"Галуа" - своего рода миф о короле Артуре: появление сказаний об Артуре вернее всего сигнализирует отмирание рыцарского кодекса. Неважно, кем был король Артур - и был ли вообще. Бандитам с большой дороги хочется воображать себя наследниками короля Артура; у рыцарей Круглого Стола в этом нет потребности. Математическому сообществу понадобилось почти сто лет после роковой дуэли, чтобы возникла острая потребность в "Галуа", и лишь по случайности она была удовлетворена Галуа.

Мне с пылом и восторгом предлагали делать жизнь с "Галуа" лишь для того, чтобы я, упаси Б-г, не стал сам собой. Как были собою Коши, Эйлер, Гаусс, Лагранж.

Люди, которые одним своим существованием делали "Галуа" ненужным.
Comments 
23rd-Jan-2017 05:50 am (UTC)
Вот почему-то левакам не живётся без лжегероев.

Видимо, настоящий герой - это нетолерантно. Кто ему сказал, что он светлее кочерги? Да и потом, вдруг он начнёт что-то такое самостоятельное делать.
23rd-Jan-2017 06:56 am (UTC)
А вообще культ героического родился в эпоху неистового нацбилдинга - ну там же миф на мифе и непрерывный востро - "вечная нация" "мы русские - какой восторг" "народ" "свобода" - ну и как же тут без героев.

Левые тут при том только, что из того же бачка разлиты - а так - всех этих королей Артуров, Оссианов, Зигфридов и прочих князь-Владимиров в 19 веке начали оптом производить.

В 20-м наладили и оптовое производство современных героев.

Как раз левые более или менее избавляются от пережитков буржуазного героизма - героическое наиболее активно во на Украине булькает например щас - и это не случайно
23rd-Jan-2017 07:00 am (UTC)
Тут скорее не в математике даже дело, а во времени - типа мода на ницще и прочее как раз: Хейзинга в "Тени завтрашнего дня" эволюцию описывает

... По-прежнему не может не удивлять, что тон современной героической фантазии задала поэзия Оссиана, на три четверти поддельная и все-таки столь впечатляющая.

Героический идеал, таким образом, постепенно более или менее явно расслоился на театральный, историко-политический, философско-литературный и поэтически-фантастический виды.

На протяжении всего XIX века представление о героическом было лишь в очень ограниченной степени предметом imitatio, то есть идеалом, которому нужно следовать. По мере того, как образ героя все больше становился продуктом исторического вторжения в прошлое, призыв "будьте, как этот", громко звучавший в рыцарском идеале, произносился все реже. Германский вариант героя вышел из рук профессоров, которые сделали доступными древнюю поэзию и историю, отнюдь не избирая для себя моделью самосовершенствования Зигфрида или Хагена.

Дух XIX века, каким он проявился в утилитаризме, буржуазной и экономической свободе, демократии и либерализме, мало склонен был к установлению сверхчеловеческих норм. Тем не менее идея героизма получила дальнейшее развитие, а именно в англосаксонской форме.

[про Карлейля и Эмерсона поскипал]

Есть нечто трагическое в том, что нынешнее вырождение героического идеала берет свое начало в поверхностной моде на философию Ницше, захватившей широкие круги около 1890 года. Рожденный отчаянием образ поэта-философа заблудился на улице раньше, чем он достиг палат чистого мышления. Среднестатистический олух конца века говорил об Ubermensch (сверхчеловеке), как будто доводился ему младшим братом. Эта несвоевременная вульгаризация идей Ницше, без всякого сомнения, стала зачином того идейного направления, которое поднимает сейчас героизм до уровня лозунга и программы.

При этом понятие героического претерпело такую ошеломительную трансформацию, которая лишает его глубинного смысла...

С тех пор как возникли различные формы популистского деспотизма, героическое стало крылатым словом. Героизм стал пунктом программы, он даже хочет играть роль новой морали, коль скоро столько людей признали старую негодной для дальнейшего употребления или вообще ненужной.
23rd-Jan-2017 09:27 am (UTC)
Героизация "Галуа" - продукт не 19-го века, а 1920-х годов (см. др. коммент). Местные попутчики постарались.
23rd-Jan-2017 08:03 am (UTC)
Вы несправедливы к Галуа как к математику. Он очень крутой.
23rd-Jan-2017 09:20 am (UTC)
Коши не хужей.

Впрочем, это не имеет значения. К "Галуа" Галуа имеет самое малое отношение.

Героически-романтический "Галуа" - создание трех авторов - его "первооткрывателя" (Paul Dupuy) на рубеже веков (чей очерк, впрочем, остался незамеченным нигде, кроме Франции, да и во Франции тоже) и двух американцев, подхвативших и творчески развивших инициативу: химика(!) Джорджа Сартона (он у нас считается первопроходцем истории науки; горячий поклонник Конта) и Эрика Темпла Белла (американский Уэллс во всех смыслах, разве что к Ильичу в Кремль не ездил; местный первопроходец "научной" фантастики, большой друг Советского Союза и пр. пр.).

"Галуа" - довольно позднее литературное создание (1910-1920-е годы), появившееся на спаде американского прогрессивизма образца 1890-х годов. Их варианты биографии Галуа (почти полностью вымышленные) составили основу для позднейших мифологических наслоений, которые в отполированном виде через десятые руки дошли до меня через 50 лет. Амир в книжке (ссылку я поместил в пост) восстанавливает этот заковыристый путь романтизации Галуа руками местных товарищей. Достоинством Галуа было почти полное отсутствие информации о герое, что не сковывало воображения, мешая песне о Данко. Уже потом ее переложили с банджо на балалайку.
23rd-Jan-2017 08:19 am (UTC)
А вообще в курсе математики был один сплошной Коши, а про Галуа я только Мишеньку читаючи узнал.
23rd-Jan-2017 09:25 am (UTC)
Коши держит рекорд всех времен и народов по теоремам и пр., названных его именем. Почитай каждый день его поминаю.

Галуа тоже не лыком шит: надежное хранение информации в компьютерах основано аккурат на теории Галуа.
23rd-Jan-2017 09:33 am (UTC)
Понятно, что только с Реставрацией карьера Коши резко пошла в гору, когда он занял место изгнанного Монжа в Академии.

Но кто же успел потравить юного Коши при позднем Бонапарте?Там тоже страдали больше прореспубликанские персонажи типа Карно, а вовсе не роялисты, особенно в Ecole Polytechnique.
23rd-Jan-2017 02:52 pm (UTC)
Коши стал членом Академии в 23 года и остракизм начался с этого момента.
23rd-Jan-2017 12:18 pm (UTC)
Статья про Коши:

http://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0315086010001114

"Let us cultivate the mathematical sciences with ardor, without wanting to extend them beyond their domain; and we will not imagine that one can attack history with formulae, nor give theorems in algebra or integral calculus in order to sanction morality."

Еще верил в божественное право королей!
23rd-Jan-2017 04:08 pm (UTC)
Взять бы его - и на Соловки.
23rd-Jan-2017 02:37 pm (UTC)
Спасибо. С поправкой на то, что рыцарский кодекс был мифическим всегда, в истории не было момента, когда можно говорить о применении рыцарскогго кодекса. Но я поняла - вы говорите об эффекте культурного запаздывания, когда какие-то парадигмы сначала живые, а потом кодифицируются в текстах с отставанием, да?
23rd-Jan-2017 02:55 pm (UTC)
Они кодифицируются тогда, когда их никто не собирается соблюдать.
23rd-Jan-2017 02:39 pm (UTC)
Тут, конечно, характерна конструкция позиции, против которой ведется полемика. Оставляя в стороне ряд более очевидных аспектов -- я не знаю, кто всерьез считает, или предполагает, что кто-то всерьез считает, что на долю Галуа выпали какие-то исключительные несправедливости, нетипичные для обстоятельств места и времени, или что ему пришлось столкнуться с таким злом, с каким не сталкивались другие.

Всерьез речь должна идти совсем о другом. Просто свободному человеку нечем было дышать там у них, особенно, если это человек -- математик. Можно сказать, что это такая константа человеческого существования. Но однажды находится человек, который отказывается с этим мириться. Он погибает, проходят годы, и наступает новая эпоха, для которой, однако, характерно уже несколько другое значение константы. Которое не стало бы таким, каким оно стало, если бы не этот человек и его жизнь, и его смерть.

***

А так, конечно, можно вспомнить, что главной прижизненной проблемой Галуа было, видимо, то, что ему дважды не удалось поступить в Эколь Политехник. Из Эколь Нормаль его отчислили, и т.д. Роль Коши, Пуассона и других персонажей состояла в том, что они могли попробовать найти для Галуа какие-то индивидуальные решения проблем, в этой ситуации возникавших -- или они могли избрать для себя в своей деятельности какие-то другие приоритеты.

В остальном же, Галуа создал современную алгебру как мы ее знаем. Будучи теперь доступной для подробного изучения современным школьникам, теория Галуа до сих пор остается самым поразительным ее результатом. Но это не предмет для спора между математиком и химиком.
23rd-Jan-2017 04:05 pm (UTC)
Нет, Галуа не создал современную алгебру как мы ее знаем. Ее создали Жордан, Артин, Кронекер и Дедекинд. О существовании Галуа из всех них знал только Жордан. То, что пересказывают школьникам появилось на 50 лет позже. Кабы Жордан в молодости не слышал презентации Лиувилля, вероятно, имя Галуа с "теорией Галуа" не ассоциировалось бы вообще. Галуа велик, спору нет. Но никто (м.б. за исключением Бетти) не увидел в его работе то, что теперь называется теорией Галуа. Когда, наконец, появилась эта теория в знакомой формулировке, имя Галуа и содержимое его работы давно стали преданием. До такой степени, что Ли не мог, как ни спрашивал коллег, обнаружить, ни кто такой был Галуа, ни что именно он сделал, ни почему Жордан называл свою теорию теорией Галуа.

Про свободного человека - полка героических повествований отнюдь не искала целью воспитания свободного человека. Она искала целью воспитания человека, который охотно израсходует Коши за то, что тот замучал Галуа; по этой причине художественные сочинения расходились миллионными тиражами. Книжки были написаны тогда, когда подобное стало повседневной реальностью и нормой. Они о жидах, которые распяли Христа. Если кому-то сегодня нечем дышать, это результат таких книжек, аи то что кому-то там нечем было дышать 200 лет назад - тоже результат таких книжек. Как я написал, тому, кто не сжигает жидов, такие сочинения не нужны. Мучитель должен воображать себя жертвой, и для такого кульбита требуются сильные средства. "Быть Галуа" означает послужить таким средством, а бунт на корабле сводится к тому, чтобы этим средством стать. Удивительно, ли что воздуха все меньше.
26th-Jan-2017 08:42 pm (UTC)
Все-таки тот, кто кидает тряпкой в экзаменатора, и тот, кто обижается на публикацию, опровергающую его работу -- это два очень разных человека. Описание, называющее их обоих "романтическими сверхчеловеками" -- искажает реальность в намного большей степени, чем объясняет ее.

Дальше это уже вопрос, кому что ближе. По мне так, ввиду совокупности обстоятельств, кинувший тряпку, видимо, защищал свое достоинство -- а обижающийся на публикацию злоупотребляет своим положением, затыкая оппонентам рты. Во всяком случае, я предпочту идентифицироваться с тем, кто кидает тряпку.
27th-Jan-2017 03:31 am (UTC)
Дело житейское, спорить с Вами я не буду, но пояснения сделать стоит.

В то время не было ни журналов по математике, ни тех порядков, которые существуют сегодня. Август Крелле именно тогда (в 1826-м году) начал издавать самый первый из них, Journal für die Reine und Angewandte Mathematik (= Crelle's journal). Абель был закадычный другом Крелле, и тот неоднократно предлагал Абелю стать самум первым редактором самого первого и тогда единственного периодического математического журнала - это к вопросу о затыканию ртов. Абель отказался, кстати.

Все работы Абеля опубликованы в журнале Крелле, втч и знаменитая потом теорема про квинтики. После опубликования никто ее не прочел и никто ею не заинтересовался. Про исключение к теореме Коши - тоже напечатано там же. Вот ее заметили сразу. В те времена публиковать контр-пример к утв. живущего автора, не разрешив сперва с ним проблему в частном порядке по переписке, было скандалом и верхом непристойности. Такого понятия не было. Поэтому чувства Коши можно понять. С его (да и остальных) точки зрения, над ним публично насмеялись; после этого издевательски прислали статью на представление в Академию.

Абель ту же самую статью прислал Гауссу и выразил желание приехать, чтобы ее обсудить. Гаусс письма не открыл и передал через знакомых Абелю, что писем его читать и обсуждать не хочет, и встречаться с ним - тем более. Тем не менее, Гаусса никто козлом не называет. Лагранжу тоже прислали работу, и он не ответил. И его не называют. Коши ее хоть прочитал - единственный из всех адресатов. Но он решил, это незначительном уточнение его мемуара по теории групп, и еще пуще обиделся, написал злой ответ. Абель тогда опубликовал работу в Крелле. Крелле выхлопотал для него профессуру в Берлине, но тут Абель умер от скоротечной чахотки, которую подцепил в Париже.

Работа про квинтики тогда не была никому интересна; непонятно было, что с ней делать, кому это все надо. А вот эллиптические функции - совсем другое дело. Через два года после смерти Абеля Коши поддержал решение Академии, чтобы Абелю вместе с Якоби дали гран-приз за работы по эл. функциям. По этому случаю, он отыскал статью про квинтики (которую все остальные потеряли), перечитал ее и представил в Академию. Однако, и тогда она была настолько безразлична, что ее напечатали только через 10 лет. Все это плохо вяжется с козлом, затыкающим молодым дарованиям рты.

Кажется совершенно безумным превращение великого математика в оперного Сальери, заедающего Моцартов. Особенно - если знать почему из него сделали жупел.
This page was loaded Nov 19th 2019, 6:30 pm GMT.