Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

thinking

Ножки и крылышки

Вековечной мечтой человечества является что?

Грубо говоря, это существо с двумя или более крылышками и четырьмя ножками (в которые я включаю ручки). Тут тебе и Пегас, и драконы, и феи, и ангелы и пр. Таких тварей на планете нет. Либо две ножки и крылышки, либо шесть ножек и крылышки: досадное несовершенство. Однако, я верю, что справедливость может восторжествовать, и тому есть причины.

***

Две ножки понятно откуда берутся, это трагическое следствие 2+2=4: если у тебя четыре ножки, и две ножки мы используем на крылья, то остаются две ножки. Нет ничего печальнее птиц с их клювом. Глаза мои б не смотрели...

Вот если бы у нас было шесть ножек, две ножки можно было бы пустить на крылья, и оставалось бы еще четыре ножки. Были бы, например, переднекрылые, заднекрылые и среднекрылые. Возможно, были бы еще аналоги птиц, в которых в крылья превратились четыре ножки. Они бы тоже делились на среднезаднедвукрылых, переднезаднихдвукрылух, и переднесреднихдвукрылых. Дух захватывает от открывающихся перспектив. Но тупая земноводная скотина, от которой происходят тетраподы, загубила все это многобразие на корню. Ей было все равно, сколько иметь мясистых плавников, чтобы пресмыкаться по девонским болотищам. Их могло быть шесть или восемь, но хватало и четырех, и теперь у нас всего-то четыре ножки. А на четырех ножках ходить - инженерный нонсенс. Из шести ног можно сделать два устойчивых трипода и шагать ими по очереди, что и делают насекомые. А тетраподы миллионами лет переваливались на своих лапищах. Им бы полетать, но на двух ногах, приделанных по бокам, ходить невозможно. Пришлось ждать, пока из четырех ног соорудили нечто приемлемое. И только тогда возник вопрос о полетать.

Тут педанты возразят: что же, у нас кроме ножек ничего нет, чтоб делать крылышки? И педанты будут правы. Нет очевидных причин, почему нельзя использовать ребра (ящерицы и змеи их используют, чтоб парить в воздухе). Можно натягивать перепонки между ножками. Однако, все известные примеры такого полета - пассивные. Я думаю, это следствие вот чего: крылышки, кроме того, чтоб ими летать, мало на что пригодны, и поэтому имея крылышки летать нужно очень, очень хорошо. Ведь на одних крылышках далеко не улетишь: нужно много других адаптаций к полету. Это то, что по-английски называется binding commitment. А перепонки - ни туда и ни сюда, ни нашим ни вашим, шаг вперед, два шага назад. Как парили себе кое-как миллионы лет, так и будут.

У педантов есть другая карта. Ранняя эволюция насекомых (самых многочисленных животных на планете, между прочим) и их полета (т.е., адаптации, которая сделала их таковыми) очень плохо поняты, темные материи. Лет десять назад питали надежды, что эво-дево внесет какую-то ясность, но ничего из этого не вышло, и на что надеяться, непонятно. Теории возникновения полета насекомых поражают своей фантастичностью и слабостью оснований. Я нашел изложение основных групп теорий с картинками
http://somethingscrawlinginmyhair.com/2013/03/30/the-origin-of-insect-wings/

Теории делятся на четыре категории: де ново, из ножек, из жабр и из комбинаций одного с другим. Никто, как ни странно, не предлагает, что у насекомых было сначала 8-10 ножек, но 1-2 пары стали крылышками, хотя история тетраподов невольно наводит на такие мысли (у пауков восемь ножек, вычитаем две, получаем шесть). "Ножки" в теориях - сдвоенные. Слабенькие, ненужные ножки перекочевали на спину и стали там нужными крылышками. Де ново - это выросты на панцире, работающие то ли как парашютики, то ли как радиаторы, то ли как паруса (для предков водных насекомых). Конечно, придумать мало-мальски правдоподобный сценарий, в котором такие штуки обрастают нервами, мускулами и становятся крыльями непросто (ножки и жабры, напротив, приходят в комплекте с необходимым). Не будем придираться: факт, что для насекомых еще обсуждается возможность возникновения крылышек не из ножек. И если такое в принципе возможно, если крылышки могут возникать из иных структур, чем ножки, то в принципе возможно и для четвероногих обзавестись крылышками, почему нет. Если есть насекомые с крылышками неизвестно откуда, почему не быть четвероногим с крылышками неизвестно откуда?

На это я отвечу, что переделывать ножки на крылышки неизмеримо проще, чем сляпать их де ново. Управляемый полет у позвоночных возникал несколько раз, и каждый раз крылышки были из передних ножек (карабкаться наверх). Если завтра не станет птиц и летучих мышей, следующей их реинкарнацией будет что-то на двух ножках с крылышками. Я так же не могу себе представить, что утерявшие полет насекомые или нелетающие членистоногие могут обменять две или четыре ножки на крылышки, хотя такой вариант трудно исключить (летающим это не нужно). Трудно представить, что если подобное возможно, оно не случилось бы за последние 400 миллионов лет. Невозможно с нуля достичь совершенства. Мелких тварей сожрут насекомые, а крупными они не могут быть из-за отсутствия легких.

Поэтому единственный реалистический сценарий лежит на промежуточном звене: тетраподе-мутанте с шестью ножками. Но зачем тетраподу нужны шесть ножек? На четвереньках они не нужны, они могли бы быть нужны тем, у кого специализированные конечности. Скажем, две ноги и два комлекта рук (как у индийской богини). Или руки и две пары ног (как у кентавра). Я второго дня чинил плафон и думал, как здорово иметь еще одну пару рук.

Далее руки превращаются в крылья; из богини получаем фею, из Кентавра - Пегаса. Т.е. путь лежит через дупликацию пары конечностей у тетрапода с разделенной функциональностью конечностей. И, если подумать, то лучшего кандидата на такого тетрапода, чем мы сами сегодня не найти, по двум причинам. Во-первых, крайняя специализация передних и задних конечностей. Во-вторых, если по какой-то причине такая мутация станет распространяться, мы же не бросим наших шестиногих братьев? Не случайно мы их изображали тысячелетиями. А превратить ручки в крылышки природа сможет без нашей помощи. И весь наш гуманизм есть подготовка к этой важнейшей трансформации.

Не потому ли мы с таким упорством воображаем Пегасов и ангелов, что это видение будущего?

thinking

Дятел

У дерева отломилась верхушка в бурю, и оно стало сохнуть. Теперь туда повадился прилетать городской дятел и усердно стучит: часами. Можно прислонить ухо к стволу, дятел стук не прекращает: он всецело поглощен своим занятием. В пионерском детстве мне рассказывали, какой дятел полезный - санитар леса - он долбит дырочки и длинным языком выковыривает из дерева личинок-паразитов. До сего времени я в это верил, но наблюдение за уличным дятлом через окно повергло меня в сомнение: не похоже, что он что-то выковыривает. Закралась предательская мысль: насколько правдоподобно, чтобы энергетические затраты на долбление дерева окупаются находкой "кластера" личинок? Что, если дятел стучит по дереву с другой целью?

Например, нет животных, которые бы проламывали себе прорубь для пропитания. Возможно, прорубь дала бы доступ к ресурсам, но баланс работает в другую сторону: в среднем проделать прорубь дороже, чем возможный выигрыш. Если лед тонкий, полыньи образуется сами, а если толстый - накладно лед ломать. С пионерским дятлом предлагалось, что долбить ему выгоднее - неясно, почему. Решил почитать про дятлов, и тогда окончательно перестал что-либо понимать.

***

Разные источники сообщали разную информацию. Некоторые пишут, что дятел стучит, чтобы сообщить о себе другим дятлам. Другие, что весной дятел сооружает дупло для гнезда. Успешные дятлы находят чужое дупло и не стучат; неудачникам приходится долбить себе 2-3 месяца новое. Сообщалось, что среди дятлов много таких, что долбят, чтобы пить древесные соки. Некоторые дятлы долбят дырки в дереве не с тем, чтобы что-то найти, а, наоборот, чтобы спрятать в них желуди на зиму. Сообщалось, что личинки - только часть диеты дятла, и если у него довольно корма, долбить он будет по зову души, а не для пропитания. Как дятел ищет личинок науке, оказывается, не известно. Я наивно полагал, что простукивание связано с поиском на звук.

Я сообщил мои открытия жене, и она выговорила мне за ревизионизм.

***

Вечером смотрел по телику про Мадагаскар: там водятся руконожки (ай-ай), вроде лемуров. У ай-ая длинный костлявый палец, которым он стучит по дереву. Услышав хороший звук, он грызет дерево и выковыривает пальцем паразитов. Дятлов в Мадагаскаре нет (кстати - почему?), и ай-ай занимает нишу, которую в других местах занимают дятлы. Вот она, возможность проверить ревизионистские теории про дятлов! Википедия сообщает, что

...The aye-aye commonly eats seeds, fruits, nectar and fungi, but also insect larvae classifying it as an omnivore. Aye-ayes tap on the trunks and branches of trees at a rate of up to eight times per second, and listen to the echo produced to find hollow chambers. Studies have suggested that the acoustic properties associated with the foraging cavity have no effect on excavation behavior. Once a chamber is found, they chew a hole into the wood and get grubs out of that hole with their highly adapted narrow and bony middle fingers. The aye-aye begins foraging between 30 minutes before and three hours after sunset.

"Мадагаскарский" дятел ведет себя в ревизионистском духе: стучит только, если нет других возможностей. Он тоже не избежал сомнений маловеров:

...While insect larvae are considered the quintessential aye-aye food resource nutrient-rich Canarium seeds have alternatively been suggested as the aye-aye’s primary food resource. https://honors.libraries.psu.edu/files/final_submissions/2163

...Previous researchers suggested that acoustical cues reveal cavity location. We designed five studies to identify the cavity features that provide acoustical cues. When cavities were backfilled with gelatin or acoustical foam, excavation was still successful, suggesting that the reverberation of sound in air-filled cavities is not necessary for detection. Moreover, when the density of cavity content was varied, there was no difference in excavation frequency. On the other hand, a one-dimensional break in the subsurface wood was an effective stimulus for excavation. These studies suggest that a simple interface beneath the surface is sufficient to elicit excavation and that neither prey nor cavity nor even small air pockets are necessary to elicit the behavior. These results raise provocative questions as to how the aye-aye manages to forage efficiently. https://link.springer.com/article/10.1023%2FA%3A1020363128240

***

Похоже, у ай-аев те же проблемы, что у дятлов: долбить/грызть может, но это невыгодно (всего 5-40% времени на простукивание во время ночного питания). Опознать пустоту как пустоту он не в состоянии, т.е. вряд ли знает, большое ли скопление личинок в дереве или маленькое, приходится полагаться на случай. В общем, экзотический ай-ай только резче обозначил для меня ситуацию с обычным дятлом. Что-то с пионерскими историями про санитаров леса не так.

Зачем стучит дятел?
thinking

Извилистость. 3

Зимой я был во Флориде; там в середине штата здоровенный тропический парк (Ocala National Forest). В парке множество карстовых озер, ключей, речушек; одну из них можно было пройти на каяке (Juniper Springs).
http://www.juniper-springs.com/
Вода очень чистая, дно видно на большую глубину, и полно живности (например, здоровенных черепах). Сначала надо подписать бумагу, что ты не коснешься воды ни рукой, ни ногой.

Речка узкая и здорово петляет; там, где она больше всего извивалась, на отмелях спокойно и безмятежно лежали аллигаторы, дожидаясь своего часа. Никогда я еще не греб так прилежно, как на этой речке.

Не знаю, как в общем случае, а для иного водоема мера извилистости напрашивается сама собою...
thinking

Собака Баскервиллей

Летом 76-го года на балтийском пляже я запоем читал приключения м-ра Холмса и д-ра Ватсона; самое жуткое повествование было про собаку Баскервиллей:

...In mere size and strength it was a terrible creature which was lying stretched before us. It was not a pure bloodhound and it was not a pure mastiff; but it appeared to be a combination of the two -- gaunt, savage, and as large as a small lioness. Even now in the stillness of death, the huge jaws seemed to be dripping with a bluish flame and the small, deep-set, cruel eyes were ringed with fire. I placed my hand upon the glowing muzzle, and as I held them up my own fingers smouldered and gleamed in the darkness. "Phosphorus," I said. "A cunning preparation of it," said Holmes, sniffing at the dead animal. "There is no smell which might have interfered with his power of scent."

Закончив книжку, я с огорчением узнал, что других рассказов нет и не будет, и с горя стал ее перечитывать. По второму разу сюжет уже не так захватывал; в глаза стали бросаться детали. Про собаку смущало меня то, что фосфор на спичечной коробке не светился; я не мог понять, как д-р Ватсон (в остальных рассказах не блистающий умом) столь быстро сообразил, из чего состоит мазь. Мама объяснила, что на коробке красный фосфор, а на собаке был белый.

Как фосфор может быть одновременно красным и белым? Мама нашла в местной городской библиотеке книжку про элементы. Это было многотомное издание зеленого цвета; каждый том был про 2-3 элемента. Я сразу принялся за фосфор.

Я быстро сделал дедукцию, что м-р Холмс и д-р Ватсон оба заблуждались. Белый фосфор светился, но белым, а не синеватым пламенем; при этом он сильно пахнул чесноком. Вероятно, автор (как и я) был знаком с фосфором, главным образом, по спичкам. Конан Дойль застал старые (фрикционные) спички, содержащие белый фосфор ; их головки защищались слоем парафина и потому не пахли, отсюда бралось его заблуждение. Белый фосфор не светится; свечение возникает, когда пары фосфора (состоящие из P4 молекул, из которых состоит материал, конденсированный из паров) окисляются кислородом в присутствии следов воды. Логически невозможно, чтобы фосфор светился (т.е., пары попадали в воздух и окислялись), но не было характерного запаха (из-за окисления).

Моя вера в дедуктивный метод м-ра Холмса навсега пошатнулась. Если гениальный детектив ошибался в самом интересном месте самого интересного рассказа - сколько же других ляпов он допустил?

Книжка сообщала, что природа свечения фосфора неизвестна.

***

Неизвестна она и поныне
https://books.google.com/books?id=EGfxB7YoCgMC&pg=PA103&lpg=PA100

Спектр состоит из узких линий - это светится возбужденный радикал PO (отсюда едва заметный зеленоватый оттенок) - и широкой полосы "белого" свечения. Загадка в том, какое соединение дает эту полосу. Она не возникает без воды, но спектр не меняется, если обычную воду заменить на тяжелую; полагают, что загадочное соединение состоит только из атомов фосфора и кислорода. Эффективность свечения невелика: порядка одного фотона на несколько тысяч молекул Р4.

В том же году, когда я сделал открытие про Холмса, было предложено, что это соединение - квинтетный эксимер P2O2.
https://dl.dropboxusercontent.com/u/43807687/chemistry/white%20P/white%20P%20chemiluminescence%201976.pdf
https://dl.dropboxusercontent.com/u/43807687/chemistry/white%20P/white%20P%20chemiluminescence%201982.pdf

Практически ничего нового не было сделано в этой области с начала 80-х годов. Например, нет расчетов такого эксимера, и его существование и свойства гипотетичны. (Есть расчеты синглетного состояния, которое тоже необычно, см.
https://dl.dropboxusercontent.com/u/43807687/chemistry/white%20P/P2O2%20D2h%20structure%201993.pdf )

Вычислительная химия сильно продвинулась за эти годы; удивительно, что никто не заинтересовался этой задачей за сорок лет. Другие утверждают (тоже бездоказательно), что свечение идет из возбужденной молекулы PO2.

Элементарный фосфор был открыт по свечению паров 350 лет назад - это первое свойство первого элемента, открытого в новое время. До сих пор неизвестно, почему он светится - даже на уровне вразумительных догадок. Никто - ни один человек - в настоящее время не пытается это узнать. Шажки в понимании происходили раз в 50-70 лет; каждый раз они заканчивались новыми догадками, которые прилежно опровергались еще через 50 лет.

***

Мой знакомый занимается химической физикой горения (микроволновой спектроскопией короткоживущих продуктов реакций); я посетовал ему на печальное состояние дел. Оказалось, он полагал, что все всем известно (и так всегда). Одна из причин общего заблуждения - злая выходка судьбы: свечение триплетных состояний называется фосфоресценцией, и потому все убеждены, что белый фосфор светится из-за фосфоресценции. Но это не так: облучение белого фосфора светом вызывает полимеризацию, а не образование долгоживущих триплетов.

Предложил ему заняться загадкой собаки Баскервиллей.

***

Фосфоресцирующимие материалы (которые не пахнут, сбивая собачку со следа) редко светятся в синей области. Кроме некоторых редкоземельных соединений в лампах дневного света, все такие материалы были получены в последнюю пару десятилетий, но их возбужденные состояния короткоживущие.
http://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1002/adma.201200627/abstract
Долгоживущие состояния светятся в зеленой области или дальше по спектру.

Таких, чтобы синие свечение продолжалось часами, я не знаю; на таком материале можно стать мультимиллиардером, купив не одно поместье и титулы; химически подкованный злодей у Конан Дойля тоже не отличался умом.
thinking

Тест Тьюринга

Третий день идет поток комментариев патриотического содержания. Некоторые явно оставлены ботами, некоторые - явно людьми; для 70% я не в состоянии определить, боты это или люди. Проблема поболее, чем неведомы зверушки для расписного Ягуара с мутной реки Амазонки, которого маменька учила: "Если ты найдешь Ежа, скорее швырни его в воду. Еж сам собою развернется в воде. А если найдешь Черепаху, выцарапай ее лапой из панциря."

Ботов положено незамедлительно банить с занесением в спам, людей - послать куда подальше. А тут непонятно что...

***

Исполнить программу до последней строчки независимо от результата - знак истинного мужа. Как там Кришна учил в Бхагават-гите...

You have the right to perform your actions,
but you are not entitled to the fruits of the actions.
Do not let the fruit be the purpose of your actions,
and therefore you won’t be attached to not doing your duty.


Такое усердие и чувство долга да вознаградятся в следующем перевоплощении.

Вот тогда-то я их и выцарапаю лапой из панциря.
thinking

Аэробное пищеварение

...на семинаре Колмогоров пересказывал результаты некой книжки. А на следующей неделе говорит: «Всё я вам неправильно рассказал. Этого там нет, другого. Просто в комнате было довольно плохо видно, я лежал, листал книгу и думал: что в ней могло бы быть?»
http://trv-science.ru/2016/05/17/semjon-schlossman-matematicheskie-progulki/

Счел бы тему исчерпанной, но надоело читать заверения знатоков о том, какой это ужасный "бред". Спросили бы себя лучше по примеру Колмогорова: чем такое пищеварение могло бы быть?

Как можно думать о таком вопросе?

Например, можно посмотреть, что остается в испражнениях. По сухому весу, примерно треть-половина - кишечные бактерии, остальные главные компоненты - жиры и пищевые волокна (для стандартной диеты). Улучшение пищеварения подразумевает лучшую утилизацию этих двух компонент, особенно полисахаридов. Жиры и небольшие углеводы втягиваются в тонком кишечнике; полисахариды гидролизуются бактериями в толстом, превращаясь в ацетат и бутират; в таком виде они попадают в организм. К сожалению, из-за ограничений анаэробного метаболизма, процесс не очень эффективный. У коровы утилизация полисахаридов лучше, но и у нее много остается непереваренным.

Тут стоит сделать отступление, заметив, что аэробное пищеварение не досужая выдумка; оно не только существует в природе, но весьма распространено.

На суше оно практикуется некоторыми насекомыми, например, высшими термитами. В море - морскими ежами. Ежи обогощают кислородом воду, которую гонят в пищевод. У насекомых трахеи подводят воздух к нижнему кишечнику; эта два разных способа достичь одной цели. Как устроено пищеварение у ежей, я не знаю, как у термитов - в общих чертах известно. В кишечнике образуется радиальный профиль концентрации кислорода (который диффундирует через стенки кишки и тут же расходуется аэробными бактериями; в середине кислорода уже мало). Ближе к стенке идут аэробные процессы, в середине - анаэробные. Пища термитов - деградирующая растительная масса, состоящая из целлюлозы и лигнина. Лигнин обволакивает целлюлозу, к которой энзимам трудно подобраться. Саму кристаллическую целлюлозу тоже трудно гидролизовать, т.к. полимерные цепи тесно уложены и между ними прочные водородные связи; гидролазам нелегко подобраться к ним и перекусить цепочку.

Анаэробы не умеют деградировать лигнин. Если лигниновая оболочка не нарушена, углеводы в целлюлозе потеряны для пищеварения. Есть небольшое число грибков и аэробных бактерий, которые это делать умеют, и вот они-то (актиномицеты) живут в кислородной зоне кишечника термитов. Их функция освободить полисахариды для гидролаз. Продукты окисления лигнина (фенолы) используются насекомым как пища, но у них есть и вторая функция: они источник электронов для оксигеназ (которые существуют только у аэробов) для перекусывания цепочек целлюлозы с поверхности кристаллита. Идея - в нарезании этих цепочек на короткие кусочки, которые потом можно оторвать от кристалла и гидролизовать на мономеры. Сколько-то мономеров на этом теряется, но игра стоит свеч. Альтернатива такому методу у анаэробов - специальный гидролитический комплекс
https://en.wikipedia.org/wiki/Cellulosome
который, не смотря на свою изощренность, работает хуже, чем LPMO (lytic polysaccharide monooxygenase) у аэробов. У анаэробов просто нет другого выхода. В последнем номере Science (стр. 1051) как раз описан механизм этих реакций, это все сравнительно недавние открытия. Нарезанная целлюлоза из волокон быстро гидролизуется (аэробами и анаэробами) и в виде ацетата частично передается насекомому - точно так же, как у нас в кишечнике. Ничего нового городить не нужно. Благодаря такой организации пищеварения, термит может питаться древесиной в любой степени деградации. Ни корова, ни человек на такое не способны.

Вероятно, морские ежи тоже используют оксигеназы для полисахаридов трудноперевариемых водорослей. Я не знаю, как можно технически осуществить такой подход для позвоночного, но в том, что это выгодно, сомневаться не приходится. Суммарная биомасса термитов на несколько порядков превышает суммарную массу всех позвоночных (для муравьев это 5-6 порядков). "Бред" проистекает из ни на чем не основанного ожидания, что у аэробов целлюлоза полностью окислится в углекислый газ, и животному ничего не останется. И сами аэробы делятся ацетатом, и анаэробам достается больше углеводов для гидролиза. Градиент кислорода позволяет оптимизировать весь процесс, а аэробные бактерии постепенно втягиваются в более выгодный хозяину симбиоз (тот тоже старается, жует).

***

Теперь можно посмотреть на жиры. Их присутствие в фекалиях кажется биохимическим абсурдом. Как возможно, что самая богатая энергией пища не полностью переваривается?

Жиры частично находятся в эмульсиях, и их так просто в клетку не засосешь. Приходится сначала их гидролизовать с поверхности, превратив в жирные кислоты, потом использовать холестерин, чтобы из кислот сделать мицеллу. Мицелла засасывется в клетку. Потом все идет в обратном порядке: внутри клетки обратно синтезируется триглицерид и пакуется в липопротеин. В таком виде он попадает в организм, где часть жиров сжигается.

Опять таки, процесс не слишком эффективный, в нем много лимитирующих реакций. Если эмульсия достигает толстого кишечника, то там уже нет ни клеток, способных на эту операцию, ни бактерий, способных на превращение жира в ацетат. Так жир оказывается на выходе. В аэробных же бактериях идет быстрое бета-окислениe жирных кислот в ацетат-CoA, который источник ацетата в анаэробной ферментации углеводов. T. e. уже существуют в готовом виде механизмы, необходимые для превращения жиров в ацетат, с которым кишечник знает, что делать; нет необходимого для этого кислорода.

Это не все. Чтобы переварить жир, необходимы соли желчных кислот для мицеллообразования, которые частично делает организм, а частично они идут из пищи. Проблема в том, что мы не умеем использовать растительные стеролы, и они проходят через тракт. Превращать растительные стеролы в обычные умеют только аэробные бактерии. Поэтому переваривание жиров, особенно растительных масел, можно было бы сделать эффективнее, если бы у нас был частично аэробный кишечник как у термитов (которые жирами не питаются). Животных, которые бы пользовались такой возможностью нет, но и ничего безумного тут тоже нет.

А знатокам я желаю приятного пищеварения.
thinking

Почему почки клейкие

Обещал написать про клейкие почки.

Предложенные комментаторами догадки - о защите от насекомых ("молоденькие веточки, пожираемые тлями"). Дальнейшая полемика сводилась к тому, насколько эффективна такая мера: много ли насекомых ранней весной и т. д. Этим разговор напоминал там же предложенные гипотезы про соленые огурцы в стеклянных банках. Возможность того, что не банки были придуманы под огурцы, а наоборот, не рассматривалась в принципе, хотя она столь же разумна и допустима, как ее противоположность; именно эта неучтенная возможность подтверждается исторически. Если "научный метод" и существует, то он состоит в том, чтобы не исключать заранее то, что логически допустимо. Если рассматривать лишь одно возможное объяснение, поневоле под него начинаешь подгонять факты, как бы они плохо под него не ложились.

Зачем нужны клейкие почки, я, конечно, не знаю, но знаю другое, более важное: таких ответов м.б. много, и логика этих ответов м.б. разной.

Например, молчаливо предполагается, что "клей" отпугивает насекомых. Между тем, прополис состоит из переваренных смол, которые пчелы собирают с весенних почек; он им необходим для сооружения и дезинфекции гнезд. Нет ничего невозможного в предположении, что одно из назначений смол - дать возможность опылителям построить гнезда неподалеку от дерева. Функция м.б. в привлечении насекомых, а не в их отпугивании.

Другая возможность: смолы предназначены не столько для весенних насекомых, сколько для зимних зверей, обгладывающих веточки. Классический пример тут зайки и арктическая береза. Почки содержат высокую концентрацию тритерпена PA (papyriferic acid) - ингибитора дегидрогеназы янтарной кислоты
https://en.wikipedia.org/wiki/Succinate_dehydrogenase
в митохондриях кишечника заек.

Комплекс-II окисляет янтарную кислоту в фумаровую в цикле Кребса; PA блокирует связывание одной из субъединиц комплекса с убихиноном (который восстанавливается в ходе реакции). Используется то обстоятельство, что растительные митохондрии используют комплекс-II, который лишь наполовину гомологичен этому комплексу у животных, бактерий и грибов. Как это работает, обнаружили только недавно
http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/22116690
http://link.springer.com/article/10.1007%2Fs10886-009-9702-9
http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/19838755

По этой теории почки клейкие для того, чтобы вызывать понос у голодных, холодных заек. Про противных тлей подумали все, хотя у бедняжек считанные дни для сосания почек. Про заек, у которых имеется вся осень, зима и ранняя весна, чтобы употребить веточки, как-то не подумали. По-человечески я это понимаю: тлей не жалко, а заек жалко. Но у деревьев нет сердца: им что тли, что зайки, все едино. Тут уместно вспомнить, что когда зайки грызут эти веточки, то терпены из смол попадают в воздух, и по этому запаху заек могут обнаружить другие зверюшки, которым тоже хочется кушать. Веточки они не употребляют, а зайчиков - с удовольствием.

Наконец, есть другая возможность, которая меня увлекла, когда я предложил вопрос: когда лопаются почки, их смолистые чехлы падают под дерево. Возможно, что одна из функций "клея" проявляется на этой стадии. Чехлы "склеиваются" и потому не уносятся дождевой водой далеко, а попадают в почву под дерево или куст. Тепрепены в смоле мешают потере азота из почвы (см. стр. 252
http://priede.bf.lu.lv/grozs/AuguFiziologijas/Augu_resursu_biologija/gramatas/Plant%20Resins.pdf
Идея в том, чтобы ингибировать редуктазы почвенных бактерий, которые могут превратить связанный азот в аммоний; газ теряется из почвы в атмосферу. Насыщая почву терпенами, растение препятствует потере азота из ближнего окружения.

В книжке приводится еще одна возможность: насыщение почвы терпенами способствует лесным пожарам. Старым деревьям не нужна конкуренция.

Ответ не один. Функций клея в почках может быть много, и эти функции могут быть разными сегодня и Х миллионов лет тому назад. Кроме более очевидных таких функций, есть менее очевидные, а есть совсем не очевидные, которые и могут оказаться основными. Про огурцы в стеклянных банках еще не поздно навести исторические справки (которым можно верить, а можно не верить) и убедиться самому, что наиболее очевидные ответы - неверные. Для клейких почек эта возможность отсутствует. Любое приспособление постепенно становится многофункциональным. Первоначальная функция м.б. давно заброшенной; кроме того, она может не существовать.

Резонно спросить: какой же тогда смысл задавать подобные вопросы? Предыдущий параграф - он и про этот вопрос...
thinking

Взрывающиеся яйца

Недавно мой одноклассник Ф. вспомнил, что когда он школьником приехал в Израиль, и в доме завелась новинка техники - микроволновка, он первым делом попробовал испечь в ней сырое яйцо. Яйцо взорвалось прямо в печке (которую после этого его инженеру-отцу не удалось починить). Неделю после разговора, нашел я в холодильнике вареное яйцо. Очистил от скорлупы, надкусил - а оно, оказывается, не доварилось - в мешочек... Тогда я поставил его на минуту в микроволновку. На 50-й секунде яйцо взорвалось, да как: разлетелось на мельчайшие частички. Я сразу вспомнил рассказ одноклассника. Вспомнила его и жена, которая крепко отругала меня за глупость и строго наказала разобраться в причине взрыва. Полчаса отмывал печку, и все думал. И чем больше я думал, тем меньше понимал, как такое случилось.

Я полагал, что сырое яйцо взорвалось, т.к. пар не мог выйти из скорлупы. Но в моем случае скорлупы не было, и яйцо даже не было целым: пар мог свободно выходить из белка и (полужидкого) желтка. Почему даже такое яйцо взорвалось? Почему яйца не взрываются, если их варить? Почему так ведут себя яйца, а не (скажем) кусок мяса? На сети я нашел множество ответов; ни один из них не проливал свет на мои (казалось бы, очевидные) дополнительные вопросы. То, что взрыв был вызван превращением воды в пар (на что напирали интернетные дяди и тети), было очевидно; непонятно было другое: как давление пара могло стать настолько высоким? Обычно, когда растет давление, в матрице возникают трещины, и давление стравливается. В желтке (а взрыв происходил в нем) давление росло, а трещины не возникали, и наступало катастрофическое разрушение матрицы.

Я придумал такое объяснение: особенность желтка в том, что полимерная матрица становится все более резиноподобной, когда нагревается. Вода дробится и превращается в пар, которому блокирован путь наружу. Такое возможно, если под действием тепла белковый материал превращается в эластомер, и число связей между полимерными цепочками становится тем больше, чем выше температура. Такое возможно, если при денатурации высвобождаются SH группы и возникают дисульфидные мостики. Этим, например, объясняется пригорание молока. Это редкое свойство: обычно такие группы уже превращены в мостики в белке, поддреживая его трехмерную структуру. Т.к. яйца твердеют при нагревании (на сковородке), механизм выглядит правдоподобным. Осталось узнать, что это за белок, и я посмотрел стандартные книжки по биохимии пищевых продуктов
https://books.google.com/books?id=cl3Pq5YzPxgC&pg=PA230
https://books.google.com/books?id=rlpRi4urAMkC&pg=PA139

Оказалось, что причина затвердевания желтка при нагревании, увы, плохо известна, но есть хороший кандидат - апо[липо]протеин
http://www.publish.csiro.au/?act=view_file&file_id=BI9840007.pdf
В организме липиды переносятся белковыми глобулами (LDL). Такие комплексы похожи на флакон: наружняя оболочка, содержимое и пробка - апопротеин. В нем 30 свободных SH групп. При нагревании до 70 градусов, белок денатурирует, сульфгидрильные группы образуют мостики, и начинается гелеобразование. Чем выше температура, тем более разворачивается белок, и процесс идет по нарастающей (тут имеет значение и расшивание внутренних S-S мостиков свободными SH группами). Особенность микроволнового нагревания - в обеспечении идеальных условий для реакции. Денатурированный белок выпускает воду, "выжимая" ее вовне. Вода нагревается, передает тепло белку, денатурация продолжается, и цепочка реакций поддерживается, пока процесс не заканчивается. Теплу становится некуда деваться; вода, захваченная эластомером, превращается в пар, и происходит взрыв. В яйце содержатся десятки тысяч белков, но ведет себя подобным образом только один (в желтке, по понятным причинам, много липопротеина, т.к. в нем запасен жир для эмбриона).

Я вспомнил, что одна из основных теорий атеросклероза
http://atvb.ahajournals.org/content/30/12/2311.full
http://circ.ahajournals.org/content/91/9/2488.full
называет его причиной окисление липопротеинов свободными радикалами. По этой теории SH группы белка играют роль антиоксидантов. В LDL содержатся молекулярные антиоксиданты (несколько молекул витамина Е), но им, наверно, трудно добраться во все необходимые места. Приходится вводить сульфгидрильные группы прямо в белок, и вот это-та структурная особенность вызывает необычное поведение белка при нагревании.

Получается, что ответ на вопрос, отчего взрываются яйца в микроволновой печке м.б. таков. Из-за перекисного окисления липидов белковые комплексы, которые их переносят, должны содержать антиоксиданты, и потому сами липидопротеины стали такими антиоксидантами, используя свободные сульфгидрильные группы в гидрофобных областях белка. Те же самые комплексы используются как источник липидов и энергии для куриного эмбриона. (Там они содержатся в концентрированном виде). Нагревание выше некоторой температуры (через молекулы воды, поглощающие радиацию и отдающие тепло матрице) приводит к дентатурированию белка, и такие сульфгидрильные группы оказываются на поверхности. Начинается лавинообразное образование дисульфидных мостиков, и образуется эластомерная матрица. После этого теплу становится некуда деваться, захваченная матрицей вода обращается в пар, который не может из нее выйти. Давление пара нарастает, и, в конце концов, матрица не выдерживает: яйцо взрывается. В большинстве других тканей потребности в такого рода защите от окисления нет, и потому подобный взрыв исключение, а не правило.

Такова моя теория яиц.

thinking

Ионыч

Врач Дмитрий Ионыч Старцев, брюнет сорока лет с серебристыми висками и красивым лицом, оставивший на бархатный сезон опостылевшую практику под предлогом поправки здоровья, остановился в Верхней Аутке с чудесным видом на Учан-Су.

Он был в Ялте уже две недели, наведываясь пить утренний кофе в павильон на набережной против кондитерской в доме Брентковского. Рядом в купальне Флорена вместо полосатых костюмов давали рубашки из плотной ткани, которые смешно надувались, когда посетители заходили в воду. Затем Старцев ел виноград и лениво фланировал вдоль моря - или шел читать книжку в Александровский сквер. Не читалось... Сквозь резные разноцветные кроны деревьев проглядывало море с белыми барашками. Магнолии, кипарисы, кедры, платаны, акации… Букет запахов и буйство красок, чуть пригашенных наплывающим с гор туманом. Старцев совершил неизбежные поездки в Ливадию, Гурзуф и Ореанду. С лодки осмотрел он замок любви - Ласточкино гнездо, громко провозгласив, что это не вид, а рахат-лукум.

Везде была столичная дороговизна, толпы провинциальных дам и господ, розовощеких чахоточных барышней и студентов. Оставались Алупка, Ай-Петри, Артек, Массандра, Кореиз... Названия наводили мысли на скорое и легкое знакомство, брызги шампанского, шуршание шелка и покачивания перьев на шляпках незнакомок, небрежно брошенные на пол чулки, молчаливое поедание арбуза в нумерах под покаянную исповедь замужних смуглянок... Внутри пробежала электрическая судорога, так сильно захватило Дмитрия Ионыча предчувствие мимолетной связи. Он зашагал быстрее, томительно ожидая прикосновения судьбы.

Говорили, что на набережной появилось новое лицо: дама с собачкой.

Мимо Старцева прошла компания: больной с козлиной бородкой и сероватым лицом, длинноволосый, окающий мещанин с моржовыми усами, в крылатке, и петербургский денди; они спорили о литературе. И сразу за ними - она! - дама с собачкой, одетая во все серое. Какие у нее полные, чувственные губы и милые глаза с темными бровями, - подумал Дмитрий Ионыч. Но более всего приглянулись Старцеву ее прямая осанка и странная серьезность, с которой она себя держала. Шпиц утробно заурчал, и Старцев дал ему с позволения хозяйки кусочек пастилы из жестяной банки, так кстати купленной у Вернэ. - Давно изволите быть в Ялте? - спросил он.

Через два дня они уже вместе плыли на экскурсию в Семеиз и, сойдя на берег, прямо за углом от причала, он страстно прижал ее к себе и поцеловал. Все случилось очень быстро, и вот он уже молчаливо ел арбуз в номере гостиницы, слушая ее сбивчивый рассказ. Он узнал, что ее зовут Екатерина Ивановна Туркина, что дома ее зовут Котик, что она родом из губернского города, что ее отец плохо играет в любительских спектаклях, а мать пишет романы из жизни, которой не бывает. В юности пыталась она стать пианисткой, окончила консерваторию, но из этого ничего не получилось: ее игра была живой и пленительной, но ей не хватало технического совершенства. Она вышла замуж за московского домовладельца по имени Гуров, которого тоже звали Дмитрием, - странное и знаменательное совпадение... Она дразнила мужа Димитрием и изображала в салоне "мыслящую женщину", но ей хотелось не мысли, а страсти, нежной, отчаянной, магнетической и безрассудной. Пошлый и скупой муж смотрел на нее букой и не любил ее; от мелочности души и развращенности натуры он винтовал в клубах и без разбору бегал за женскими юбками; за три года ей пришлось рассчитать пятую горничную. К своему падению она отнеслась с горечью; она уверяла его, что она дурная женщина, которая обманывает не мужа, а самое себя. И тут же она с трогательной непоследовательностью жаловалась, как постарела и подурнела. Старцев смотрел на нее своими добрыми васильковыми глазами и просто и искренне говорил ей, что она желанна и упоительна.

После того, как они расстались, Старцев получил от Екатерины Ивановны записку с предложением встретиться в полночь на кладбище у памятника актрисе Ксении Пальме. Нервы его были черезвычайно напряжены; ему казалось, что Екатерина Ивановна играет струнами его души, как будто водит по них смычком. Циник и повеса, он никогда не чувствовал, чтобы его сердцем овладела почти не знакомая ему женщина, столь неожиданно и столь щемяще. Он пытался отогнать мысли о ней, он хотел думать об их встрече и близости как о пустяковом, случайном курортном приключении, но обнаружил, что у него это не выходит. В таком настроении прошагал он две версты от дома до кладбища.

Светила луна. Было тихо и тепло. Кладбище обозначалось вдали темной полосой, как большой сад. Показалась ограда из белого камня, ворота... Старцев вошел в калитку, и увидел белые кресты и памятники по обе стороны широкой аллеи и черные тени от них и от кипарисов; и кругом далеко было видно белое и черное, и сонные деревья склоняли свои ветви над белым. Он видел мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, но в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающей жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, веет прощением, печалью и покоем. Кругом безмолвие; в глубоком смирении с неба смотрели звезды. И только когда стали бить часы, ему показалось, что кто-то смотрит на него, - и он на минуту подумал, что это не покой и не тишина, а глухая тоска небытия, подавленное отчаяние - или то была выглядывающая из-за ограды Екатерина Ивановна, почему-то не спешащая в его объятия?

Старцев ждал, и, точно лунный свет подогревал в нем страсть; он рисовал в воображении их встречу. Он думал о том, сколько здесь, в этих могилах, зарыто женщин и девушек, которые были красивы, очаровательны, которые любили, сгорали по ночам страстью, отдаваясь ласке. Старцев думал так, и в то же время ему хотелось закричать, что он хочет, что он ждет любви во что бы то ни стало; перед ним белели уже не куски мрамора, а прекрасные тела, он видел формы, которые стыдливо прятались в тени деревьев, ощущал тепло, и это томление становилось тягостным...

Она появилась ниоткуда и, несмотря на его долгое ожидание, внезапно и неожиданно, когда он уже не чаял ее дождаться. Желание и восторг переполняли его. Уже светало, и видно было, как пришел пароход из Феодосии, освещенный утренней зарей. - Роса на траве, - сказала Екатерина Ивановна после долгого поцелуя, который не хотел закончиться. - Да! - Пора домой. - Да!!!

Они вернулись в город. Незамеченные, прошмыгнули они в комнату Екатерины Ивановны. - Подожди меня, - прошептала ему она.

Когда Екатерина Ивановна вышла из ванной, из стенного шкафа ей мягко улыбался Дмитрий Ионыч. Два пальца его залезли в рoзетку, а рядом заряжались Протоныч и Электроныч.

http://www.litra.ru/fullwork/get/woid/00090901184773070966 Дама с собачкой
http://www.abc-people.com/data/chehov/ion-txt.htm Ионыч
http://az.lib.ru/b/bunin_i_a/text_1840-1.shtml О Чехове
thinking

У. Н. ж. д.

Про Уньку рассказать? Что ж, можно...

Я, ребятки, служил в У. Н. ж. д. Был у нас такой Емельян Хлопаков, хороший малый, добрый, исполнительный, но бестолковый - молодой. Раз едем, почту сортируем. Вдруг слышим: писк тонкий, так вот: тяу-тяу, тяу-тяу. Хлопаков пошарил в углу среди мешков, и нашел кутенка на рогожке, слепого еще. Как он в вагон залез - загадка. Собачка породистая, терьер с черным небом. Мы дали объявление. Ждали - объявятся хозяева, вознаградят. Проходит неделя, месяц, два; щенка никто не хватился. А песик такой славный, всем понравился: кто ему молочка нальет, кто щец с хлебушком оставит, кто колбасную шкурку кинет; он скушает и хвостиком виляет. Ни разу в вагоне не сделал лужицу: выйдет в тамбур, заберется в тендере на кучу угля, там и сделает. Так он у нас и поселился. Емельян его Унькой прозвал, как нашли пса у нас в У. Н. ж. д. Растет Унька, а Емельян его учит службу почтовую нести. Спит Унька только на мешках с почтой. Если наши проходят мимо, глаз приоткроет, а на шпаков сразу лай подымает, рычит; самого себя страшно становится. Собачка небольшая, а пасть как у овчарки и голос гулкой. Если начальство появляется, Унька под лавку прячется, как нету его. Ученый пес! Емельян ему ошейник купил с медной табличкой: Казенное имущество У. Н. ж. д. По нахождении немедленно вернуть в У. Н. ж. д.

Катается Унька по всей Н. ж. д., все станционные его знают, ямщики тоже, привечают его сразу: кто погладит, кто сахарку даст. Пошел про него слух по всей почте. Раз плохо заперли вагон, туда лиходей пытался залезть, а Унька куснул стервеца и прогнал вон. Другой раз дурные мужики гайки с рельсов свернули рыбу удить, там поезд сошел с рельс под откос. А почтовому вагону с Унькой - хоть бы что. В третий раз - хужее было: локомотив взорвался. Разрушения, пожар, жертвы; а почтовый вагон с Унькой целехонький стоит.

Почтовые - народ суеверный, почту ж возить в любую дрянотать и лиховерть. Без Уньки боятся ребята выехать; говорят, как бы не вышло чаво. Прознали про нашу собаченцию с других дорог, стали приставать: дай им Уньку да дай. Не дадим, самим нужон. Так они кляузу накалякали обер-почтмейстеру генералу Дергольцу. Тот был человек государственный, нашего брата насквозь видел. Приказывает: собачке по всем линиям по очереди служить, по справедливости. А чтоб не потерялась, пусть каждая дорога на нее свою медаль вешает. Ваш Благородие, - шепчет ему адьютант, - собачка махонькая, а дорог у нас тридцать шесть - куда ж медали вешать? Не подумал я, - говорит генерал. А адьютант умной был: надо Уньке упряжь приспособить: медали на ремнях крепить. Так и сделали. Унька по всей империи колесит, медалями сверкает, важный сидит, как фельдфебель на свадьбе. И вот ведь какая собака была: доедет до границы, почнут колеса менять - Унька на платформу шмыг, и скулить начинает: не желает на узкую колею переходить. Понимает, где родная сторона.

Работа у нас скушная, народ любит чесать языками. Так его газетчики обнаружили, и пошла писать губерния. Любимец публики терьер Уня, проехавший 30000 верст по нашей великой России, посетит десятого апреля город Тамбов. Просим всех жителей явиться на перрон встречать знаменитое четвероногое. И так на каждой станции. Барышни, гимназисты, купцы, мещане, музыку пожарный оркестр играет: все хотят на Уньку посмотреть. А отцы города ему медаль цепляют. Унька уже от этих медалей ходить еле может; мы их снимаем, на стенку вешаем. Наконец, прослышал про Уньку сам государь император. Что за животная у нас в империи завелась? - спрашивает он министра путей сообщения. - Большая путешественница, Ваше Величество! - Любопытно поглядеть...

Посадили Уньку в коляску, а пес лает, бросается из нее: отказывается без почты ехать. Ладно, пересадили Уньку на подводу с посылками в Царское село, так он опять рычит, посылку задними ногами на землю сбрасывает. Прислушались, а в ней механизма тикает внутри. Разбежалися, а бомба как шарахнет. Государь об этом услышал, Уньку тотчас велел доставить и орден Св. Анны ему дать. Пальцем на Уньку министрам показывает: псина, и то смышленее вас, дармоедов, распустили народишко. Министры от страха трясутся. А Уньку царь приказал в Японию представить тамошнему императору, чтоб видел, какие в России собачки водятся.

Министр иностранных дел интересуется, кто Уньке хозяин будет? Послали курьера, тот все обежал, докладывает: пес ничейный, а нашел его Емельян Хлопаков с У. Н. ж. д. Пусть с ним в Японию едет. И поехал Емеля с Унькою. Живут они в столичном городе, к императору на визиты ходят, а тот аж побелел от зависти: паровозы у него есть, а таких собачек - нет. Пишет в Америку: почему в России есть почтовые собаки, а нам не предоставили? Тут американцы забеспокоились; международное дело. Президент ихний телеграмму шлет: все про собачонку разузнать и завести такую же.

Емельяша всем хорош, но есть у него страстишка: бильярд. Как выпьет, ко всем пристает: сыграем партию да сыграем, и все проигрывает. Р-р-акалион! - кричит, - че-век я или не че-век, р-р-р-ракалион, жэм-са; желтого в угол! Американец-шпик это смекнул, подходит: партейку не желаете? И начинают они катать шары. Все проиграл Емельян: жалованье, часы, медали, пуговицы золотые: отыграться пытается. Американец ему: давай на собачку сыграем. Емельян и Уньку проиграл. Проснулся утром с похмелья, где Унька? А от американца и следа нет. Умыкнули Уньку на пароход.

Унька сначала ходил потеряный: чужбина. Все там пахнет иначе, выговор у людей чудной. Потом смотрит: рельсы точно такие же, как в России. И стал он по Америке кататься и почтовую службу нести. Тамошние почтовые даже "Унька" сказать не могут. "Оуни" его называют, тьфу. Вскоре стал наш Унька любимцем всей Америки. Только о нем в газетах и пишут.

Пьет однажды государь шоколат утром, открывает газету - а там история про Оуни, с фотографией. Присмотрелся, да как закричит, затопает ногами. Я, говорит, этой собачке орден дал за спасение моей царственной особы, почему она теперь в Америке? Кто допустил, кто позволил? Министры друг на друга пальцами показывают, а государь гаркнул: чтоб через неделю была обратно в У. Н. ж. д. Министры Емельяну говорят: ты собачку в бильярд проиграл, теперь езжай в Америку, вези Уньку назад. Емельян взмолился: где же я его найду. Не найдешь - законопатим в Сибирь. Все одно человеку пропадать...

Приежает Хлопаков в У. Н. ж. д. с ребятами проститься перед дорогою, мрачный как туча, а тут входит в контору поп. Я, заявляет, Петр Дмитриевич Павлов из Рязани, священнослужитель, тут на станции щеночка семь лет назад забыл, вез сыну Иванушке. Положил псинку на рогожке в почтовый вагон, зашел на минутку в Н. ж. д. лавку кусок мяса купить, а поез вдруг тронулся. Была у меня собака, и не стало. Не видали ли? Где же вы раньше-то были, батюшка? Молился много... А собачки, - говорит, - у нас знатные, Павловские собачки, о них еще весь мир узнает. Смотрим - у него на поводке Унька. Нашелся, нашелся, - кричим! Емельян присмотрелся: не Унька. Братец Унькин из одного помета, Горностаем зовут. Долго торговался поп, но купили мы у него Горностая. Емельян задумал в Америку его свести и Уньку им подменить.

И вышло хитрое дело. Нашел Емельян Уньку, выманил свистом. Тот сразу его узнал, прыгает, руки лижет. Емельян с него сбрую снял, на Горностая надел, в вагон затолкал, схватил Уньку в охапку и был таков. Горностай же начальника той почтовой станции в то же утро за ногу тяпнул, и тот сдуру его пристрелил; у них там люди горячие. Сделали из Горностая чучело, в музее показывают: смотрите, мол, знаменитый Оуни...

Приезжает Емельян домой в У. Н. ж. д. как герой, все выходят их с Унькой встречать, а рядом с ним - баба в шляпке и клетчатом плаще, и зубы у ней лошадиные. Кто такая будет? Джемма, жена моя, из Америки. Православная хоть? Кто ж ее знает, я на ихнем наречии плохо понимаю. Где ж ты ее добыл? Пошел, рассказывает, перед отъездом в бильярдную, да и продул там все опять - и Уньку тоже - хозяину заведения. Тот говорит: отдам тебе собачку задаром, если на дочке женишься, а так ни за какие деньги не верну. Решил Емельян: надо Уньку выручать, иначе ведь Сибирь, пошел с девкою в мэрию и расписался. А хозяин, мистер Слоком, ему собачку вернул: в Америке слово крепко держат. У хозяина семеро девок по лавкам, всех надо замуж выдать, приходится хитрить. Здорово Емельян американцев объегорил... Говорю же - бестолковый был парень.

Как узнал государь император, что собачка нашлась, Емельяну большую награду дали. Ушел он с почтовой службы и Уньку с собой взял. Баста, говорит, покатался и будет. Открыл Емельян "Биллиардные команты г. Хлопакова", а в пристройке знаменитую собачку за деньги зевакам показывает. Джемма по-нашему быстро говорить выучилась, учетные книги ведет. Хорошая баба, толковая, да зубы шибко длинные; но Емельян привык, не ропщет. За мужем зорко следит, не дает ему проиграться, а сама карамболи делает лучше всех в городе: с малолетства к игре приноровлена. С нею и Емельян за ум взялся. Теперь у них уже пять человек детей, да извоз свой, да маслодельня, да землишки купили: процветает заведение. Поперло Емельке счастье...

А под Рождество смазывает Емельян Тимофеевич волосы и бороду коровьим маслом, Джемма Вильямовна надевает свой лучший капор и жакет, чинно садятся они в первый класс и едут вместе с Унькой в Царское село. Все об этом знают, начальники станций Уньке честь отдают. Там уже дрожки с гербами стоят, ждут собачку. Едет Унька в дворцовые покои царские подарки нюхать, чтоб бомбист государя не подорвал. А опосля службы государь император его фить-фить-фить в столовую зовет, на золотом блюде баранью косточку дает и за ухом чешет.

Вот как бывает!



http://az.lib.ru/t/turgenew_i_s/text_0140.shtml Вешние воды
http://az.lib.ru/t/turgenew_i_s/text_0080.shtml Лебедянь
Owney (Wiki)