Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

thinking

Разное

Не прошло 45 лет, как я в первый раз применил в своей науке закон Архимеда и даже написал об этом статью,*** ура! (Сегодня вечером послал). Испытываю заслуженную гордость! Самые разные мудреные законы применял - а этот еще ни разу....

До правила рычага уже не дожить.

***

Летом излагал свою доморощенную теорию сорняков, иллюстрируя ее крапивой и пр. На неделе прислали ссылку -

...Неолитическая стоянка Такаркори (район горной Сахары), которую люди — охотники-собиратели, а затем скотоводческие группы — использовали четыре тысяч лет (10 200–4600 лет назад), дала интересный материал по хозяйственно важным растениям этого временного интервала. У охотников-собирателей в течение 500 лет был большой, но более или менее постоянный набор растений, в котором доминировали сорго и близкие ему виды. В условиях неустойчивого климата сорго сменила хвостовка — неприхотливое растение, способное существовать на нарушенных антропогенных и пастбищных участках: она стала массовой и сохраняла стабильную и высокую урожайность. Вместе с хвостовкой появился, а затем стал основным хозяйственным растением ежовник — вид, столь же устойчивый к неблагоприятным условиям, как и хвостовка, его естественный конкурент. Большинство видов растений, определенных из растительных агрегатов на стоянке Такаркори, сейчас известны как спутники и сорняки культурных видов. Но они долгое время служили основной растительной пищевой добавкой к рациону людей неолита. В морфологии семян заметны признаки отбора, хотя ни одно из тех растений не было одомашнено в Африке. Авторы работы призывают более внимательно присмотреться к сорным травам: эти выносливые виды несут потенциально полезные для человека признаки.

...Все травы из списка древних обитателей Такаркори являются неприхотливыми генералистами, приспособленными к широкому спектру условий. Найти и затем вырастить такие растения проще всего. В силу именно этих их качеств и люди, и растения только выигрывали: людям доставался стабильный дополнительный источник белка и крахмала, а растения вновь и вновь высевались на обитаемых территориях, вырастали на нарушенных участках. Вероятно, в условиях грядущего потепления стоит обратить на сорные травы более пристальное внимание: они могут послужить источником полезных признаков в новых климатических условиях. Ведь в те четыре тысячи лет хозяйствования именно они, эти сегодняшние сорняки, служили людям верой и правдой, из них варили кашу и терли муку. После четырех тысяч лет служения людям трудно их считать уже просто недоразвитыми спутниками «настоящих» культурных растений. Авторы этой работы, как чувствуется из текста, испытывают своеобразную гордость за эти сорняки.
</i>http://elementy.ru/novosti_nauki/433194/Khozyaystvennymi_rasteniyami_okhotnikov_sobirateley_i_skotovodov_byli_sornyaki

Сперва приручат, а потом...

*** http://ma.ecsdl.org/content/MA2018-01/3/464.short
thinking

Вьюрки. 2

Штейнгауз учил, что общее утверждение в планиметрии только тогда по-настоящему нетривиально и интересно, если оно нетривиально и интересно уже для окружности.

***

Когда читаешь про клювы галапагосских вьюрков (как те здорово адаптированы под твердые семена, мошек и т. п.) полезно вспомнить нечто всем знакомое.

Наши собственные носы бывают самых разных размеров, но было бы поспешным из этого сделать вывод, что такие различия - адаптации к разным условиям обитания. Не исключаю даже, что существуют корреляции размера носа и рода деятельности (все мои знакомые алгебраисты имеют здоровенные шнобели), но такие наблюдения поддаются более, чем одной интерпретации.

Про нос существует ученое мнение, что европейские (и неандертальские) носы - адаптация к холоду. Один взгляд на народы севера сеет сомнения в функциональности таких носов. Поневоле задумаешься: а не является ли вся наблюдаемая вариация генетическим дрейфом + половым отбором? Как раз подоспело очередное исследование на жгучую тему
http://journals.plos.org/plosgenetics/article?id=10.1371/journal.pgen.1006616
Некоторую корреляцию размера ноздрей с температурой и абсолютной влажностью авторам даже удалось установить; про размер носа, однако, речи не идет. Авторов самих гложут сомнения:

...Climate may not have been the only factor in contributing to nose shape differences across populations. In fact, we show that temperature is only weakly correlated with nares width, especially when compared with the correlation between skin pigmentation and UVB. What then could be the selective agent driving the divergence of nose shape? We mentioned earlier that all aspects of nose shape studied here are sexually dimorphic, which raises a number of questions. Why does this sexual dimorphism exist? Is it merely a by-product of circulating hormones leading to differences in growth and development in early adulthood, or does it have an adaptive function, such as signaling sex to other males and females? Sexual selection has likely played an important role in human evolution, as evidenced by the presence of sexual dimorphism in many physical traits (e.g., height, waist-hip ratio, facial hair, and breasts to name a few). Could cultural differences in perceptions of dominance and attractiveness have had a role in the divergence of nose shape? Could these perceptions have arisen to select mates who signal adaptation to the local environment? Indeed, ecological selection and sexual selection could reinforce each other, accelerating phenotypic divergence across populations in spite of continued gene flow. These are interesting avenues of research, which need to be considered in order to sketch out a more complete picture of the evolution of the human nose.

Дарвин прошел через такого рода соблазн (приписывание простых функций "клювам") и сделал то же упражнение - применил свою теорию к тому, что мы знаем наиболее интимно - самих себя. Ему тут же потребовались дополнительные механизмы отбора.

***

Не знаю, прав ли Штейнгауз про планиметрию, но рациональное зерно в его высказывании имеется.

Человеческая генетика известна куда лучше, чем генетика вьюрков, живущих за тридесять земель, которых изучает горстка специалистов; каждый год во всем мире на нее тратятся миллиарды, вовлечены сотни тысяч людей. Наше поведение, предпочтения, история и т. п. так же известны нам неизмеримо лучше. Носы столь же различаются по форме как клювы вьюрков. Невзирая на все это, причины вариаций носов плохо поняты. Почему тогда я должен верить простецким теориям про вьюрков? Из-за более тесного знакомства с предметом, по крайней мере, про людей не услышишь "объяснений", что-де у североамериканских индейцев от того носы большие, чтоб табачок нюхать. С вьюрками подобные штуки проходят на-ура.

Надо с собственными носами разобраться, тогда можно попытаться сделать нетривиальное и интересное утверждение, которое применимо и к клювам.
thinking

Медиана

Знакомая искала работу. Она биоинформатик, живет в Силиконовой долине. На интервью ей дали задачи: придумать стратегию решения. Одна по специальности (она ее быстро решила), вторую она не решила, хотя звучит задача очень просто - и ее не взяли на работу.

Есть поток целых чисел (очень большой), надо динамически определять их медиану (или перцентили). Как это сделать?

Поток таков, что невозможно держать все числа в памяти; без этого точно медиану не вычислишь, если заранее ничего не известно про распределение чисел. Т.е. вопрос в том, как получить наиболее точную оценку для медианы при ограниченной памяти. Она не смогла придумать алгоритм сходу. Подумав - тоже. Я - аналогично. Прошли две недели, и я решил посмотреть, что пишут; нашел несколько статей, но разобрал только первую.

http://www.cs.wustl.edu/~jain/papers/ftp/psqr.pdf
http://infolab.stanford.edu/~datar/courses/cs361a/papers/quantiles.pdf
http://www.cs.virginia.edu/~son/cs851/papers/ucsb.sensys04.pdf

Нетривиальный алгоритм, при этом "доказательство" его работы эвристическое; я не уверен, что он "лучший" - даже не понятно в каком смысле он м.б. лучший (можно придумать уродскую последовательность, сбивающую его). Вероятно, он "лучший" для потоков, которые обычно встречаются в приложениях.

Положительный момент, что начинаешь по-новому ценить среднее арифметическое...

Отрицательный - зачем давать такие задачи на интервью? Неужели есть люди, которые могут налету придумать подобные алгоритмы? На статьях, которые я нашел, небольшое цитирование; непохоже, что такие алгоритмы широко известны специалистам.

Странные они там люди в этой Силиконовой долине...
thinking

Полезные советы государям

...тот, кто овладевает государством, должен предусмотреть все обиды, чтобы покончить с ними разом, а не возобновлять изо дня в день; тогда люди понемногу успокоятся, и государь сможет, делая им добро, постепенно завоевать их расположение. Кто поступит иначе, из робости или по дурному умыслу, тот никогда уже не вложит меч в ножны и никогда не сможет опереться на своих подданных, не знающих покоя от новых и непрестанных обид. Так что обиды нужно наносить разом: чем меньше их распробуют, тем меньше от них вреда; благодеяния же полезно оказывать мало-помалу, чтобы их распробовали как можно лучше. Самое же главное для государя -- вести себя с подданными так, чтобы никакое событие -- ни дурное, ни хорошее -- не заставляло его изменить своего обращения с ними, так как, случись тяжелое время, зло делать поздно, а добро бесполезно, ибо его сочтут вынужденным и не воздадут за него благодарностью.

...Может возникнуть спор, что лучше: чтобы государя любили или чтобы его боялись. Говорят что лучше всего, когда боятся и любят одновременно; однако любовь плохо уживается со страхом, поэтому если уж приходится выбирать, то надежнее выбрать страх... Однако государь должен внушать страх таким образом, чтобы, если не приобрести любви, то хотя бы избежать ненависти, ибо вполне возможно внушить страх без ненависти. Чтобы избежать ненависти, государю необходимо воздерживаться от посягательств на имущество граждан и подданных и на их женщин... Ибо большая часть людей довольна жизнью, пока не задеты их честь или имущество; так что недовольным может оказаться лишь небольшое число честолюбцев, на которых нетрудно найти управу.
thinking

Take two

Похоже, мои аналогии оказались неудачными. Что же, всегда остается великая английская литература:

...Люди строят разные планы насчет того, что они называют жизнью. И ошибаются. По большей части в этом виноваты поэты. Хотите знать, что я думаю о жизни?
-- Да, -- вежливо сказал Поль.
-- Жизнь -- это колесо в Луна-парке. Бывали там когда-нибудь?
-- К сожалению, не бывал.
-- Вы платите пять франков и входите в помещение, где по бокам стоят ряды кресел, а в середине находится огромный круг из гладко оструганного дерева. Круг быстро вращается. Вы садитесь и наблюдаете. Посетители пытаются удержаться на колесе, но их сбрасывает. Они смеются, вы тоже смеетесь. Всем страшно весело.
-- По-моему, это не слишком похоже на жизнь, -- печально заметил Поль.
-- Нет! Слишком похоже. Чем ближе вы к оси колеса, тем медленнее вращение, тем легче удержаться. Обычно кто-нибудь доползает до центра и начинает там кривляться. За это ему платит хозяин или, в крайнем случае, потом ему дают прокатиться бесплатно. В центре колеса, разумеется, есть неподвижная точка. Надо только ее найти. Кто знает: может быть, я уже близко от этой точки. Выигрывают, конечно, только специалисты. Остальным нравится, что их сбрасывает с колеса. Как они визжат, как хохочут! Есть и такие, как Марго, -- уцепятся обеими руками за самый край, и довольны. Но главное в этом колесе то, что на него можно и не залезать, если не хочется. Люди строят разные планы на жизнь и думают, что обязаны включиться в игру, даже если она им не по душе. А игра рассчитана не на всех... Люди не видят, что под словом "жизнь" подразумевают две разные вещи. Во-первых, это просто бытие, со всеми его физиологическими последствиями, ростом и органическими изменениями. От этого никуда не уйти -- даже в небытие. Но из-за того, что бытие неизбежно, люди верят, что неизбежно и другое -- карабканье, суета, свалка, стремление добраться до центра, -- а попадем туда, и выходит, что мы и не ползли по этому колесу... Странно... Вы человек, которому совершенно очевидно было предназначено спокойно сидеть в заднем ряду и, коли станет скучно, смотреть, как веселятся другие. Каким-то образом вас занесло на колесо, и вы тут же полетели обратно, вверх тормашками. Марго крепко уцепилась за край, я устроился в середине, но вам-то движение противопоказано, вы статичны. Вместо дурацкого деления людей на мужчин и женщин, их следовало бы разбить на два класса -- статичный и динамичный.
http://www.lib.ru/WO/upadok.txt

Дело не в том, что восхождение - хорошо, а обхождение - плохо (или наоборот), а в том, что восхождение в принципе не годится для статичных людей. Для нас в этом занятии нет ничего, кроме переломанных ног. Меня не спрашивали, хочу ли я кувыркаться на колесе; такое желание автоматически предполагалось. Возможность отрицательного ответа не рассматривалась в принципе. Точно так же не предполагалось, что при интересе к математике кому-то НЕ захочется, обвязавшись пулеметными лентами, поступать не условный мехмат. Напротив, отсутствие такого интереса свидетельствовало о недостаточном интересе к математике.

На официозе той эпохи это называлось активной жизненной позицией. Над официозом смеялись, что нисколько не мешало пичкать ею подопечных как гуся каштанами.
thinking

Все как у людей

Десять лет назад в Японии нашли, как думали сперва, одноклеточную водоросль с "хлоропластом"
https://en.wikipedia.org/wiki/Hatena_arenicola
Присмотрелись, а "хлоропласт" - живая водоросль, которая живет внутри клетки. Клетка-хозяин начинает жизненный цикл как хищник, питается чем придется. Когда ей попадается зеленая водоросль определенного вида, она засасывает ее внутрь и далее живет уже как водоросль, питаясь от щедрот "хлоропласта". Хищные ее повадки исчезают, клетка становится мирной, растительной. В клетке-гостье хлоропласт увеличивается в 10 раз, а большинство других органелл исчезают за ненадобностью. Когда клетка-хозяин делится, одна дочерняя клетка становится мирной водорослью, унаследовавшей материнский "хлоропласт", а ее обделенная судьбой сестра - прозрачной охотницей, которой предстоит добыть свой собственный "хлоропласт".

* * *

У двухжгутиковых водорослей два неодинаковых жгутика - основной, короткий, и вспомогательный, длинный. При вегетативном делении, каждая дочерняя клетка получает один старый жгутик и делает один новый. Новый жгутик всегда вспомогательный. Основной находится рядом со светочувствительным пятном, на нем лежит обязанность управления курсом; вспомогательный - поодаль. До следующего деления, вспомогательный жгутик-юнга учится биться в такт с основным жгутиком-капитаном так, чтобы клетка резво двигалась вперед к свету. При делении клетки, юнга становится капитаном и учит нового юнгу. Это называется flagellar transformation. Став капитаном, жгутик остается им уже навсегда. Как капитан и юнга учатся плавать, пока плохо понято
http://www.pnas.org/content/110/45/18058.full
http://rsif.royalsocietypublishing.org/content/12/104/20141164.full
thinking

Три сестры

When shall we three meet again
In thunder, lightning, or in rain?


1.
Гардемарин Африкан Александрович Шпир стоял на краю малаховского редута, потирая виски.

На небе собирались тучи, дело шло к грозе. После попойки с Левушкой отчаянно болела голова, хотелось испить водицы, выспаться после долгого напряжения нервов. Под утро ему приснилось, будто живут где-то три генеральские дочки - Ольга, Маша и Ирина, - которые обрели вечность, и обьявляются то тут, то там, когда играет марш оркестр, когда выходит полк в поход, и зовут, зовут начать жизнь снова, работать, страдать. Сегодня их увидят в Перми, завтра - в Туле, послезавтра - в Орле; шелестят они своими юбками, заламывают тонкие пальцы, плачут, смеются.

Шпир засмеялся нелепости сна. Экая я баба, - подумал он. Служба тяготила Шпира; товарищи дразнили его геттингенскою душою за чувствительность, но по-своему любили.
- Африкан! - вдруг услышал он, - Африкан Александрович!
Шпир резко обернулся. Вокруг никого не было.
- Это я, Ольга.
- Ольга! - прошептал Шпир, - Значит, вы существуете. Я думал, что вы - фантазм.
- Конечно, мы фантазм, Африкан Александрович. Но Вы - не фантазм. Вы великий человек, Вы пророк, Вы избранник неба, Вы звено между людьми и сверхлюдьми, которые придут нам на смену. Пройдет время, мы уйдем навеки, нас забудут, забудут наши лица, голоса и сколько нас было, но страдания наши перейдут в радость для тех, кто будет жить после нас, счастье и мир настанут на земле, и помянут добрым словом и благословят тех, кто живет теперь.
- Но я ничего не написал, ничего не сделал, ни великого, ни посредственного. Я торчу здесь в Севастополе, где завтра меня может убить или изувечить кусок шрапнели.
- Африкан Александрович, за Вами следят, не бойтесь. Истинный гений не тратит чернил, он меняет судьбы мира. Хотите ли Вы изменить мир?
- Да, Ольга.
- Завтра, когда вы будете пьянствовать с графом, и его голова упадет на стол, скажите ему громко: Детство. Отрочество. Юность.
- Но что это означает?
- Прощайте, Африкан Александрович.

Ударил раскат грома. С черного неба хлынул ливень.

2.
После войны Африкан Александрович бросил службу и жил в имении. Он дал мужикам вольную; те жестоко обиделись, что барин оставил их попечением. Со скуки Шпир стал разводить сад, но предприятие шло плохо, мужики воровали саженцы и калечили деревья. Ранний заморозок уничтожил оставшееся.

Африкан Александрович сидел дома, курил и читал сочинения по философии. Матушка упрашивала его жениться, ей хотелось внуков, и она заложила усадьбу, чтобы отправить его в Европу набраться лоска, но Шпир не оправдал и эти ее надежды. Был поздний ноябрьский вечер. Шпир сидел напротив жаркого камина, пытаясь читать Юма. Он закрыл слипающиеся глаза и продекламировал: Непогода - осень - куришь, куришь - все как будто мало. Хоть читал бы - только чтенье подвигается так вяло. Когда он открыл глаза, перед ним стояла Маша.
- Зачем ты пришла?
- Дорогой Африкан Александрович! (Маша заломила руку как заправская актерка) Вы служите вечной правде! Ваши мысли, намерения, и вся жизнь носят на себе небесную печать, так как посвящены они разумному и прекрасному, то есть тому, что вечно.
- Если бы... Я сижу в разоренном имении и читаю пустую, глупую, ненужную книгу.
- Людей ожидает великая, блестящая будущность. И чем больше на земле таких, как Вы, тем скорее осуществится это будущее. Без вас, служителей высшему началу, живущих сознательно и свободно, человечество было бы ничтожно; развиваясь естественным порядком, оно долго бы еще ждало конца своей земной истории. Вы же на несколько тысяч лет раньше введете его в царство вечной правды — и в этом ваша высокая заслуга. Вы воплощаете собой благословение, которое почило на людях.
- Что ты можешь знать об этом, будучи предметом моего воображения? Право, я нездоров и переутомился. Уйди.
- Друг мой, здоровы и нормальны только заурядные люди. Продайте имение, и езжайте учиться в Лейпциг.
- Но почему в Лейпциг?
- Потому, что там Вас ждет встреча.

Внезапно ударила молния, а через пять минут раздался долгий и тревожный звук набата.

Не выдержав потери родовой усадьбы, сгоревшей дотла, мать Шпира умерла. Продав имение, Африкан Александрович отправился в Германию. В Россию он уже никогда не вернулся.

3.
С утра Африкан Александрович почувствовал себя хуже, в легких теснило, он заходился кашлем; хорошо еще, что не пошла как давеча кровь. Элизабет упрашивала его лечь обратно в постель, но Шпир хотел дописать главу продолжения к Denken und Wirklichkeit, его магнум опусу.

Не работалось, Шпир не мог сосредоточить мысль. Сколько ему оставалось времени? Он вспоминал свою жизнь: столько было надежд... Был ли он когда-нибудь беззаботно счастлив? Да, пожалуй, - в Лейпциге. В августе вместе с Фридрихом и Эрвином они провели вместе первые недели вакации в Богемии. Бодро и беззаботно шагали они из одной харчевни в другую, философствoвали о Шопенгауэре. Фридрих рассказывал удивительные истории из жизни князей Ницких, из рода которых происходил. Какой был талант... Через два года, оставаясь еще студентом, он получил кафедру филологии в Базеле.

Принесли почту и, к крайнему удивлению, Африкан Александрович обнаружил в ней письмо от того самого Фридриха. Тот тоже был нездоров, вышел в раннюю отставку. Фридрих писал, что прочел книгу Шпира; сбивчивое письмо было написано в харакерном возбужденном стиле, не изменившимся за годы. Африкан Александрович очинил перо и приготовился писать ответ, когда теплые пальцы мягко коснулись его руки. Справа стояла бедно одетая русская барышня.
- Ирина! Почему у тебя на рукаве траурная лента?
- Нужно ли объяснять, Африкан Александрович? Почему Вы не послушались Ольги? Вы могли стать пророком; Вы стали философом.
- Да, и я написал свою книгу. Моя мысль не умрет.
- Африкан Александрович, Вашу книгу никто не вспомнит уже через десять лет. Нет, не для вечности Вы ее написали.
- Для чего же тогда? Я отдал ей всю душу, ум и силы.
- Для этого ответного письма.
- ?
- Когда Вы пошлете Фридриху ответ, перед тем, как поставить имя, припишите: Also sprach Zarathustra.
- Это, что: злая шутка?
- Граф Толстой тоже был шуткой?
- Что нужно вам от людей? Кто вы?
- Also sprach Zarathustra, Африкан Александрович. Если Вы это не припишете, от Вас останется ровно нуль. Мне пора, меня зовет музыка. Она играет так весело, так радостно, кажется, еще немного, и мы узнаем, зачем мы живем, зачем страдаем... Если бы знать, если бы знать!

По оконному стеклу брызгнули первые капли дождя.

http://www.ilibrary.ru/text/985/p.1/index.html Чёрный монах
http://feb-web.ru/feb/chekhov/texts/sp0/spd/spd-117-.htm Три сестры
https://en.wikipedia.org/wiki/African_Spir
thinking

Катарсис. 3

Поясню про Болгарию. Предупреждаю, что я в этих делах не спец, понял со слов знакомых (турка и сирийца), которые за такими вещами следят и (в меньшей степени) из того, что читал. Знаете лучше, растолкуйте в комментариях.

* * *

Беженцев в ЕС регистрируют в стране вьезда; оттуда же они могут подавать на убежище в странах ЕС. Беженцы могут попробовать пройти дальше, но их с большой вероятностью (но < 100%) депортируют обратно в страну вьезда. Болгария не может ни содержать сотни тысяч людей, подающих на убежище (как в стране вьезда), ни принимать толпы потенциальных депортированных из других стран (первоначально зарегистрированных в Болгарии). Болгары могут, не регистрируя, довозить беженцев до границы; там ситуация повторится. Но это нарушение закона, и Болгария не может так поступать, будучи бедной родственницей, во всем зависящей от ЕС.

Турция дает убежище всем сирийцам, они получают в ней статус беженца (технически, "гостя"). Болгария может депортировать таких зарегистрированных транзитных беженцев обратно в Турцию; это она и делает. Если их не завернут, то отловленных беженцев в соседних странах будут депортировать к границам Болгарии, откуда их депортируют в Турцию. Десятки тысяч сирийцев так и делали несколько лет, играя в рулетку. Однако, у Турции политика открытых дверей, и, кроме зарегистрированных беженцев (которых можно депортировать обратно), есть категория, которой разрешают 90 дней находится в стране без регистрации как беженцу (с тем, чтобы они могли вернуться в Сирию обратно). Если такой человек доберется до ЕС, страна вьезда обязана зарегистрировать его как беженца. Депортировать его некуда: в Турции он не зарегистрирован как "гость". И этого болгары боятся как огня. В том же потоке и те, кому Турция не дает статус вообще.

Болгария выстроила забор не столько против сирийцев со статусом "гостя", полученным в Турции (когда их ловили 1-2-3 года назад, их просто депортировали обратно, и все были довольны), сколько против тех, кто может запросить статус беженца в самой Болгарии. Их все равно отправляют назад, когда ловят, но сначала, как мне объяснили, жестоко бьют, чтоб другим не было повадно. Теоретически они могли бы обеспечить беженцам транзит, но они не будут этого делать, потому что боятся, что во время обратной депортации из ЕС Турция не примет тех беженцев, которые в ней не зарегистрированы как "гости" (что они вправе делать) и те застрянут в Болгарии без вариантов. И они правы: вероятность этого велика. Для них единственный способ удовлетворить правилам ЕС - закрыть границу полностью.

Греция на эти правила положила с прибором, справедливо полагая, что им это сойдет с рук. Остальные решили, что раз грекам можно, то им тоже. Пускай беженцы идут куда хотят, оттуда их будут медленно депортировать обратно в Турцию, где большинство зарегистрировано (и прожило некоторое время). С точки зрения большинства беженцев, как бы ни был мал шанс остаться в ЕС, он ненулевой, депортация займет время; возвращение в Турцию гарантировано, а делать им там все равно особенно нечего. В Турции безопасно, кушать дают, но не больше. Игра стоит свеч.

Правила ЕС ставят страны вьезда в невозможное положение; корыто - следствие.

* * *

Мне кажется, если добрая воля есть - не надо заставлять людей с детьми плыть по морю в корыте без всякой на то необходимости. Если ее нет - это тем более не нужно. ЕС коллективно ведет себя так, как будто воли вообще нет - никакой. Вытащат из моря - и поленом в зубы. Отобьют почки - и дадут конфетку. От таких золотых середин у кого хочешь крыша поедет.


Великая Болгарская Стена
thinking

Вторые люди

Публицистику Толстого почти не читал (на любителя), но о его взглядах на науку узнал в нежном возрасте; наткнулся на их обсуждение в "Этюдах о человеке" Мечникова
http://vk.com/doc4296187_250875202
Полез посмотреть, а там...

...Простому, неученому человеку не может быть вполне ясно про фагоцитов, что от знания нашего о том, что они есть или их нет, никому не будет никакой разницы. Простому человеку, запуганному страшными неслыханными словами, которые чем пустее дело, тем больше обыкновенно напускают ученые, не всегда ясно, что рассуждения о фагоцитах и их экскрементах — ненужные пустяки, etc.

http://www.world-art.ru/lyric/lyric.php?id=18580
http://feb-web.ru/feb/litnas/texts/l37/t37-080-.htm
http://croquis.ru/629.html

Но здравое зерно имеется. У современной науки есть неприятное свойство. В будущее цивилизации серьезно верить невозможно: исторические примеры перед глазами; чем дело кончается, общеизвестно. Тревога о передаче знания - не праздная. Только предельно сжатая, верная, точная мысль может пережить века смуты и апатии. У нас слишком мало существует в таком законченном, портативном, дистиллированном виде. Нашим потомкам будет куда труднее подниматься из темных веков, чем нашим предшественникам.

* * *

Есть полузабытая книжка о будущем, "Первый и последний человек" Стэплдона
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/5/5c/Last_and_First_Men.pdf
Первые люди - мы; история "людей" охватывает два миллиарда лет и 18 видов, сменивших друг друга. Последние, 18-ые, люди живут на Нептуне, откуда их далекие предки эвакуировались с Венеры, куда те в еще более далекие времена эвакуировались с Земли из-за космических перепетий. Там 18-х настигает неожиданное превращение солнца (за миллиард лет до этого слившегося с другой звездой) в сверхновую. За это время "люди" неоднократно доходили до почти полного одичания; пару раз до совсем полного, с потерей ненужного более разума. Раз десять переоткрывали науку. Пару раз численность уцелевших от последствий измерялась десятками; иногда обходилось.

* * *

Там была мысль, которая запала в голову: "вторым людям" будет особенно несладко. Для нас был заготовлен уголь, нефть, руды и прочий инвентарь близкий к поверхности. Им не останется ничего. Начинать придется не с нуля, а с отрицательного числа. Стэплдон оптимистично положил 10 миллионов лет. А еще книга наводила на мысль - первые ли мы "люди"? Надо б проверить, много ли сохранилось угля, который был близко к поверхности во времена динозавров...

* * *

По Стэплдону получалось, что со знаниями такая же ситуация, что с каменным углем. Полная выемка легкодоступного знания приводит к суперспециализации и медленному обобщению; когда приходит бенц, теряется все.
thinking

Отцы и дети

Подвела память, мальчик был сыном главного боливийского коммуниста, а не племянником Корвалана.

* * *

У отца был знакомый биофизик Маленков, сын того самого. Андрей Георгиевич был исключительно добрый и порядочный человек. Все же я не мог понять, как отец мог быть с ним дружен: я бы ни на секунду не смог забыть, что имею дело с сыном сталинского сокола. Отец пенял, что быть сыном злодея и так великое несчастье. Какие бы разумные доводы он не приводил, я не мог бы вести себя непринужденно. Это как философский камень, который можно найти, только не думая о белой обезьяне.

Так я с Маленковым и не познакомился.

* * *

Когда в России еще была наука, борьба с лженаукой шла вяло. Без огонька, задоринки и теледебатов с деревенскими батюшками.

Почти у всех папиных знакомых были такие теории, что узнай о них нынешние борцы с лжеучеными, их бы сразу хватил родимчик. У Маленкова, например, была стройная биофизическая теория, объясняющая гомеопатию; запамятовал детали. Какие теории были у Шноля, Блюменфельда, Либермана и пр. я лучше помолчу. Разумелось, что у неординарно думающих людей водятся неординарные мысли; никто не гонялся за ними с мухобойками. Всем так же было известно, что наука построена на идеях, первоначальной реакцией на которые было вежливое постукивание по лбу в кругу знакомых. Люди нащупывали руками путь в темноте, ушибаясь, калечась, иногда теряя рассудок, лишь изредка находя тумблер включения света в неожиданных местах. Не трусливым дуракам, перетаптывающимся у керосиновой лампочки, было учить, как это подобает делать. Дети рабочих и инженеров, учителей и крестьян, комиссаров в пыльных шлемах и тонкошеих вождей это понимали. Их внуки, похоже, уже нет. Ничего, и у них народятся дети.

* * *

Всем известно, что у каждого антисемита есть закадычный друг детства - еврей, о котором тот вспоминает со слезою умиления в глазах. Теоретически должно быть немало евреев, у которых был закадычный друг детства - зоологический антисемит. Я прожил немало лет, но этих евреев, чье существование требуют неумолимые законы логики, не встречал. Как разрешается этот парадокс, мне не ведомо.

* * *

Прошли годы, и я сам стал отцом. Сын учится в классе с сыном одного из самых одиозных академических антисемитов в Америке. Человек, между нами, свихнулся на этой почве.

Они большие друзья.